Кто знает, возможно, она тогда еще даже не появилась на свет… Если ее теория верна… если она просто не сошла с ума… ведь как можно видеть то, чего не бывает?!
Может и не бывает, но сейчас это было — они были — на противоположной от кровати стене, они были совершенно четкими и двигались так, как могли бы двигаться отбрасывавшие их люди, и Кира видела то одну тень, то другую, то частично, то полностью, и даже нарисованная тенями эта беззвучная картина была настолько откровенной и неприкрыто чувственной, что Кира смотрела на нее не больше минуты, а потом вылетела из спальни с горящим лицом и прижалась к стене в прихожей, сжимая канделябр обеими руками и чувствуя, как сердце колотится где-то в горле.
Разве бывают такие галлюцинации?! Она абсолютно реально ощущала, что только что наблюдала, как двое совершенно незнакомых ей людей занимаются любовью на ее собственной кровати! Она абсолютно реально ощущала смущение и досаду, перекрывшие смятение и страх.
Но кровать пуста. Их там нет.
Но они там были.
Не сейчас, но были. А теперь остались лишь тени…
Но тени не могут оставаться! Они уходят вместе с людьми! Они не ходят сами по себе! И не развлекаются, черт возьми, на чужих кроватях!
Решительно развернувшись, Кира вернулась в спальню, отбросив занавеску в сторону, махнула канделябром над пустой кроватью, отчего во все стороны полетели брызги стеарина и крошечные искры, и свирепо сказала, отыскав тени на стене:
— А ну убирайтесь с моей кровати!
Идиотизм совершеннейший!
Галлюцинации или тени, или тени-галлюцинации… черт его знает, что такое!.