Коллекция

Где-то треснула нитка — звук неожиданно громкий в наступившей тишине. Шлепая босыми ногами, она пробежала через квартиру на кухню, отвела краешек белой занавески и выглянула во двор. Стас уже вышел из подъезда и теперь торопливо шел по узкой асфальтовой дорожке, чуть помахивая правой рукой. Время уходило, но Вика все смотрела и смотрела ему в спину, не в силах отвести взгляд. Потом опомнилась и метнулась обратно в гостиную. Стас идет так быстро… у нее будет лишь минут десять — от силы пятнадцать.

Аптечку можно было не обыскивать — слишком очевидное место, и все же Вика первым делом проверила ее, но, разумеется, ничего не нашла.

В любом случае, это должно быть где-то в комнате Стаса, в гостиной. Хотя, ведь тогда он пошел на кухню, чтобы сделать чай, и в гостиную не заходил. Значит, он держит снотворное где-то в кухне… но ведь это опасно, кухня — владения Киры, и она может наткнуться на него в любой момент. Конечно, не поймет, что это такое — Стас ведь наверняка вытащил его из упаковки. Он ведь не из тех, кто, пряча яд, помещает его в бутылочку с черепом и костями на этикетке.

Но, скорее всего Стас держал в кухне, под рукой, только одну-две дозы, остальное было спрятано более надежно. У него должен быть запас. Почему-то Вика была уверена в этом.

Она быстро осмотрела гостиную, открыла платяной шкаф с одеждой Стаса и перерыла его, стараясь не потревожить порядок вещей. Ничего. Тщательному осмотру подверглись барсетка Стаса, лежавшая на журнальном столике, постель и кресла, книги на полке, центр, диски.

Вика заглянула даже в старый пылесос, в котором они с Кирой когда-то нашли странные фотографии, но сейчас нашла там лишь кучку пыли и мусора. Она зло пнула ногой кресло, и то повернулось вокруг своей оси с легким скрипом, в котором было что-то издевательское.

Все, время истекает. И почему, собственно, она была так уверена, что сразу же что-то найдет? Ладно, может в следующий раз…

Нет, надо найти сегодня, сейчас, потому что Кира ее не слушает — не верит ни единому ее слову, и будет продолжать позволять Стасу травить себя.

Она сделала глупость, все ей рассказав. Теперь она, Вика, для Киры мелкая мстительная дрянь, а Стас мученик! И теперь Кира будет не только пить чаек, заваренный заботливым братом, но и просить добавки!

Вика развернулась, зло махнув рукой, и смела с журнального столика красивую зелено-золотистую ручку, которая пролетела через всю комнату и, блеснув, юркнула под диван, словно какое-то диковинное проворное насекомое.