* * *"
"Касенко оказался светловолосым, круглолицым, пухлым молодым человеком с необычайно меланхоличным взглядом, и садясь на указанный им стул напротив его стола, Кира машинально про себя тут же окрестила его «печальной рыбой-солнце», вспомнив старый мультик. Кроме Касенко в кабинете был еще один человек, он сидел в углу, откинувшись на спинку стула, и читал газету, развернув ее, так что его лица не было видно. Из-за газеты поднимался сигаретный дым.
— Да, да сейчас… — пробормотал Александр Васильевич, роясь в каких-то бумагах, хотя Кира ни о чем его не спросила — она сидела молча, разглядывая стоящую на столешнице большую чашку, разрисованную толстыми щенками и незабудками и стараясь унять легкую нервную дрожь.
— Что случилось?! — тут же вырвалось у нее, и в глазах Касенко появилось неодобрение.
— А почему вы решили, что что-то случилось?
— Но ведь сюда просто так не вызывают. Что с Викой?!
— Это мы и хотим выяснить. Вы…
— Что?!
— Не перебивайте меня, пожалуйста, — кротко заметил Александр Васильевич, ощупывая взглядом ее напряженное лицо и сжавшиеся в кулаки пальцы.
Кира была так ошарашена, что даже не сразу поняла, о ком идет речь. Потом вспомнила, что у Вики действительно была сестра, Света, жившая в этом же городе. Она видела ее пару раз — невзрачное, вечно всем недовольное создание лет тридцати. Света была единственной более-менее близкой родственницей Вики — ее мать умерла шесть лет назад, а отец, пытаясь по пьяни починить антенну, сорвался с крыши и разбился насмерть, когда Вике было четыре года.
— … вы последний раз встречались с Мининой или говорили с ней? — ворвался в ее сознание голос Касенко, и Кира глубоко вздохнула, пытаясь взять себя в руки, потом отчаянно наморщила лоб.