— … да, это не Вадик… ну что мне сделать, чтобы вы…
— … тихо, тихо…
— … ну видишь, а ты говоришь — где тут люди…
Голоса, окружавшие Киру, вдруг стали стремительно утончаться до комариного писка, и она начала проваливаться в липкий, душный туман, а когда пришла в себя, обнаружила, что стоит на коленях и плачет, уткнувшись Софье Семеновне в сухонькое плечо, и та обнимает ее, гладит по слипшимся от крови Вадима волосам, а присевшая рядом Мила, держа за руку, встревожено повторяет ее имя. Повернув голову, Кира увидела, что рядом стоит машина «Скорой» и соседи вместе с врачом как раз помогают загрузить внутрь каталку с безжизненным телом Князева, и вскочила, в ужасе закричав:
— Нет! Ему нельзя!.
— Кира! — Софья Семеновна успела ухватить ее за руку. — Успокойся. Они сделают, что нужно, и мы сразу же его заберем. Тоня договорится… ее там многие знают… Отвезем к нему, присмотрим… и ты тоже… Ничего с ним не будет.
— Кто сопровождает? — сонно спросил врач через плечо. — Полезайте… времени нет…
— Иди, — Софья Семеновна легко подтолкнула ее, но Кира вдруг покачала головой.
— Нет. Езжайте вы… и тетя Тоня. Мне нужно туда, — она кивнула на темные окна своей квартиры. — Я должна… я сделаю так, чтобы она больше никого не смогла держать… И его тоже!
— Кира, но ты…
— Езжайте! Только если… в любом случае, не говорите ему, куда я пошла. Если что… скажете, что я уехала… как мы и договорились.
Софья Семеновна пронзительно посмотрела на нее, коротко кивнула и начала забираться в машину.
"— Тогда и я поеду… вечно там разгружать некому… — пробормотал Леха-нардист, помог влезть в машину обеим женщинам и запрыгнул следом. Дверца захлопнулась, машина дрогнула и покатила к выезду со двора. Кира, сжав кулаки и стуча зубами, смотрела на нее, пока та не скрылась за поворотом, потом медленно повернулась и наткнулась на взгляды обитателей двора. Лица некоторых были ошеломленными, но уже по-другому — казалось, они мысленно спрашивают себя — что и почему они только что сделали? Кто-то тронул ее за руку, и Кира опустила глаза на Настю, которая протягивала ей ее сумочку.
— Тетя Кира, ты потеряла.
Она машинально взяла ее и прижала ладонь к груди, чувствуя себя совершенно опустошенной. Больше всего хотелось повалиться прямо здесь на землю и заснуть — и спать долго — до тех пор, пока все не решится само собой.
— Я никого не приводила, — глухо сказала Кира, обводя взглядом стоящих перед ней людей.