— Вначале я расскажу тебе именно об этих маленьких девочках, потому что, в сущности, это самая важная часть моего рассказа. Это были славные девочки, способные, рано научившиеся читать и с очень богатым воображением. А еще это были очень заброшенные девочки и весь их мир состоял только друг из друга. Жили они в довольстве, у каждой из них были родители, которых связывала давняя дружба, — образованные серьезные люди — слишком серьезные, как оказалось — исследователи, ученые, религиоведы и историки, с увлечением принимавшие участие в раскопках старого города… В сущности Тася и Вера всегда были под присмотром, и в то же время родители не обращали на них внимания — у них была работа, были жаркие споры в гостиной, и девочки, которые играли неподалеку, всегда их слышали.
— А потом нашли эти записи и принялись вызывать? — с кислой усмешкой спросила Кира."
"— Именно так. Но они все-таки были детьми, Кира, и ритуал у них тоже был детским. Никаких распутий, ночного леса и прочих атрибутов и было-то их только двое… Можно даже сказать, что это была игра… просто некоторые игры оказываются очень серьезными. Свечи вместо костров, старые ключи от платяных шкафов, куклы и еда, зарытые в цветочные горшки, а не в лесную землю, вечер, вместо глухой ночи, когда родители вновь спорили в гостиной допоздна и позабыли о девочках, спрятавшихся в комнате Веры.
— Это уже не игра, — хрипло сказала Кира. Стас пожал плечами.
— Может и нет. Но для нее это была игра. Особая игра. Потому что она услышала. И она пришла — та, какой они ее звали. Третья маленькая девочка. И большая шалунья.