Бабкин уже стоял у него за спиной. В глубине души он был очень доволен. Это надолго отобьет у Макара охоту выезжать к клиентам."
"И тут старшая из женщин издала странный звук. Она сложилась пополам возле стены, словно ее ударили в живот, и визгливо залаяла. Вторая обхватила ее и молча попыталась вытащить из кабинета.
– Девочки, ну я же просил! – страдальчески воскликнул Касимов и метнулся к лающей со стаканом воды.
– Яша! – выдохнула она. – Яшенька!.. Господи… Ну зачем… Ведь его… замучают, Валя… Он же старенький… Он больной…
– А ну цыц! – рявкнул Касимов.
Вместо того чтобы кинуться исполнять распоряжения директора, вторая ювелирная женщина выпустила первую, села на пол рядом с ней и закрыла лицо руками.
«Ополоумели они тут все, что ли?»
Бабкин пошел к выходу. Но Макар – Макар стоял на месте и заинтересованно рассматривал ревущих баб.
– Яша – так зовут кота? – спросил он.
Сергей мысленно взвыл. Только не это!
– Яков Соломонович, – нервно ответил Касимов. – Вывезен из Израиля четыре года назад в восьмилетнем возрасте. Насквозь больной кот с мочекаменной болезнью, без глаза и одного уха.
– Еще он хромой, – сквозь рыдания выговорила Оля.
– А на кличку Счастливчик отзывается? – тотчас спросил Илюшин.
Обе женщины внезапно замолчали и уставились на него.
Вместо этого Макар придвинул стул, развернул его и уселся верхом:
– Вам не кажется, что Якова Соломоновича логично было бы везти в землю обетованную, а не наоборот? Что за странный поворот биографии?
– Нормальный поворот, – огрызнулась младшая. – Яше искали хозяев в Израиле, но на него неожиданно нашлись руки в России. Это очень сложное животное для пристройства. Возрастное, нездоровое…
– Настолько сложное, что владельцы приюта согласились пройти уйму бюрократических процедур, чтобы переправить кота сюда, – подтвердил Касимов.
– Потому что в ветслужбе Бен-Гуриона работал один козел обрезанный… – сквозь зубы процедила первая женщина.
– Людмила Марковна, давайте как-то в рамках оставаться!
– Про козла потом, – перебил Илюшин. – Значит, кот переехал в Россию. И?
– Люди, которые оплатили его перелет, в итоге отказались от него, – сказала Оля, вытирая слезы.