Но здесь началась эта история, и Энджи хотелось вернуться к истокам, чтобы найти ответы – кто она и откуда. Все произошло в похожий вечер – темный, сумрачный, зимний, только тридцать два года назад это был Рождественский сочельник и начинался снег. С неба падали крупные пушистые хлопья.
Зловещей тенью серого камня высился собор Св. Петра – готические шпили терялись в густом тумане. Подавляя невольную дрожь, Энджи подняла фотоаппарат и сделала несколько снимков арочных окон и витражей, освещенных колеблющимся тусклым светом.
Прерывисто вздохнув, Энджи убрала фотоаппарат в сумку и принялась растирать левое плечо.
С оживленной и ярко освещенной Франт-стрит в переулок свернула женщина – грузная, невысокая, в пальто до колен и с раскрытым черным зонтиком, блестевшим от дождя.
– Миссис Марсден? – уточнила она, когда женщина подошла ближе.
– Просто Дженни… Простите, что опоздала, – голос был низкий и добродушно-ворчливый. Голос старой нянюшки. Женщина встала рядом с Энджи под карниз, спасаясь от дождя, который заметно усилился и барабанил по лужам. – Никак не успевала встретиться с вами днем, в светлое время. В темноте здесь и испугаться недолго, – Дженни тихо засмеялась, отряхивая зонт.
– Спасибо, что вообще выкроили для меня время, я ведь предупредила непозволительно поздно.