Она перешла к делу – время поджимало: – Я расследую старое дело 1986 года по просьбе моей знакомой… – и она рассказала Джейкобу Андерсу о девочке из «ангельской колыбели» и о том, как к ней попали материалы дела.
– Я открывала один из пакетов, с игрушечным медведем. Конечно, этого не стоило делать, но я была в перчатках и обеспечила практически стерильную среду… Мне нужна профессиональная интерпретация старых лабораторных отчетов, и еще я хочу узнать, нельзя ли с помощью современных технологий выделить ДНК из сохранившихся биологических образцов и оцифровать фотографии окровавленных отпечатков пальцев и фрагмента ладони.
Джейкоб Андерс сидел спокойно и даже расслабленно, оценивающе глядя на собеседницу, словно обдумывая перечисленные ею обстоятельства.
– Ну что, возьметесь? – напряженно спросила Энджи, взглянув на часы.
– Вы осведомлены о наших расценках?
– Да. Оплата проблемой не станет.
Он облизнул губы, вглядываясь в лицо Энджи. У нее запылали щеки – Андерс видит, что она что-то недоговаривает. Пальцем растянув тесный воротник формы, Паллорино решилась.
– Для пользы дела я должна кое-что добавить… – она замолчала, глядя в глаза Джейкобу Андерсу: – Но это строго конфиденциально.
– Мы всегда работаем строго конфиденциально, – ответил он. – Конфиденциальность и тщательность – основа нашей профессии.
Поколебавшись, Энджи призналась:
– Это я та самая девочка, которую нашли в бэби-боксе. Но я ничего не помню – ни о той ночи, ни о своей прежней жизни."
"В лице Андерса не дрогнул ни один мускул. Энджи ощутила странное облегчение, будто, доверив свою тайну другому, сняла с плеч огромную тяжесть, которую несла одна. Вот, оказывается, как чувствуют себя подозреваемые на допросе, когда наконец признаются в том, что пытались скрыть от полиции!
– Вы в этом уверены?
Энджи заморгала.
– Уверена ли я в чем? Что я и есть тот подкидыш?
– Да.
– Если судить по рассказам свидетелей, то да. – Мысли Энджи устремились в совершенно другом направлении. Такого варианта она не предусмотрела.
– Говорите, в этой коробке есть ДНК ребенка из бэби-бокса?
Энджи кивнула.
– Игрушечный медведь и детское платье залиты ее кровью.