Команда Бешеного

Инспектор Бейкер предложил Майклу обращаться к нему по имени и сказал, что главное в совместной работе — надежные тылы.

— Если можно, Марти, поясни, — попросил Майкл. — Во Вьетнаме, чтобы обеспечить надежные тылы, мы проводили тщательную разведку…

— Отчасти ты прав, но в нашей работе это не всегда удается, чаще приходится действовать вслепую. У нас выражение «надежные тылы» означает, что ты не задумываешься о том, что творится у тебя за спиной, если за тобой следует напарник! — Вера и надежность, — подытожил Майкл.

 — Точно — вера и надежность! Мне кажется, мы сработаемся, — весело добавил Мартин, и они стали подробно рассказывать друг другу о себе."

"Двое сильных мужчин, привыкшие к одиночеству, неожиданно нашли друг в друге то, чего каждому из них не хватало. Это произошло сразу — стремительно и бесповоротно. Так сливаются в единое целое две капли однородной жидкости, едва соприкоснувшись. Они напоминали двух влюбленных, которые с трудом расставались и с огромной радостью встречались на следующий лень.

Самым горьким испытанием для обоих было выполнять какое-либо задание друг без друга, и вскоре начальство пришло к выводу, что гораздо эффективнее не разделять эту «сладкую парочку».

Мартин Бейкер и Майкл Джеймс работали настолько слаженно, что понимали друг друга с полуслова. В любую минуту каждый из них мог взять на себя часть того, что в этот момент не мог выполнить другой, и это делало их почти неуязвимыми.

Прошло около года совместной работы, когда и случилось непоправимое несчастье, о котором Майкл не забудет до конца своих дней.

Уже несколько недель они выслеживали главаря недавно образованной банды — злобного, мстительного и жестокого коротышку. Когда Майклу и его напарнику удалось довольно сильно потрепать ряды этой банды, тот задумал отомстить «сладкой парочке».

У Мартина не было семьи; все его попытки найти достойную подругу жизни всякий раз наталкивались на то, что его нежность и доброту принимали за слабость и начинали «ездить» на нем.

Все это заканчивалось очень просто — в один прекрасный момент, когда женщина уже думала, что сделала из Мартина безропотную овечку, его терпение иссякало, и он вдруг молча собирал ее вещи и вежливо просил освободить его квартиру. Никакие просьбы и слезы не могли заставить его изменить решение. И тогда на Мартина извергался такой поток оскорблений, что не каждый бы смог выдержать, но он как бы не слышал их, они уже не задевали его, проносились мимо.