— Желаю удачи! — серьезным тоном произнес Зелинский, словно догадываясь, что Воронова ожидает нелегкое испытание в сегодняшнюю ночь. — Спасибо! — тоже серьезно ответил Воронов. Он встал со стула и стал нервно ходить по кабинету, нетерпеливо поглядывая на молчащий телефон. Прошло полчаса, сорок минут, — звонка не было. Что же это такое? Может быть, снова какие-то изменения? Откуда ему было знать, что его оппоненты решили «нагулять ему аппетит», потому и выдерживали паузу. Наконец раздался звонок. Он прозвучал неожиданно и заставил Воронова вздрогнуть.
— Мы уж думали, что вы решили с нами больше не разговаривать, — усмехнулся тот же самый голос, после уже привычного «Воронов слушает!».
— Нет, просто нужно было решить некоторые вопросы, — как можно спокойнее заверил Воронов. — Слушаю вас! — Вы готовы к обмену?
— Готовы! — бодро заявил Воронов. — Но у меня есть одно условие…
— Какое же?
— Мне нужно услышать голос Савелия.
Воронов не мог знать, что Красавчик-Стив догадывался: гэбэшники наверняка потребуют переговорить с их «козырем», и потому, не желая рисковать, попросил у Хитрована радиотелефон. Они с нетерпением ожидали сообщения от Альберта. Время тянулось медленно, и Красавчик-Стив уже начал терять терпение, когда раздался звонок.
— Хозяин, вы как всегда оказались правы: майор потребовал переговорить с нашим подопечным.
— Без проблем! — довольно усмехнулся Красавчик-Стив. — Что ты ему сказал?
— Как и договорились: через пять минут он ждет звонка. — Хорошо!
Красавчик-Стив переглянулся с Хитрованом, подхватил радиотелефон, и они направились в комнату, где лежал Савелий. Михаил встал при их появлении и, подчиняясь жесту Красавчика-Стива, тут же вышел. Савелий не спал и внимательно следил за вошедшими.
— Послушай, земляк, — начал Хитрован.