— Нет, это очень рискованно, — возразил Богомолов. — Еще неизвестно, с какими мыслями о тебе живет сейчас Леша-Шкаф. — Он посмотрел на Савелия.
— Для того, чтобы узнать, может ли человек плавать, ему нужно попробовать, — ответил Савелий и взглянул на Говорова.
— Надо же, не забыл еще мои присказки, — улыбнулся тот. — Но в данном случае я согласен с Константином Ивановичем. Во-первых, мы действительно не знаем, что стало известно Леше-Шкафу о нашем участии в том вечере. Во-вторых, вряд ли Леша-Шкаф настолько всемогущ, что может быть чем-то полезен нам на восточных границах.
— Скорее, не его, а Лолиты, — хмыкнул Савелий и вдруг, вспомнив что-то, встрепенулся: — У меня же есть в запасе отличный козырь! — Какой? — насторожился Говоров. — Я совсем забыл вам рассказать о случайно найденном трупе и ноже.
— Ничего не понимаю, — поморщился Богомолов. — О каком трупе, о каком ноже?
— Дело в том, что, когда я «бичевал», мне довелось побывать однажды под землей.
— Пока не очень, — улыбнулся Говоров. — Этот нож случайно увидела Лолита. Она сделала вид, что он ей незнаком, но проявила к нему явный интерес.
— И ты ей его подарил, — огорченно заметил Говоров.
— Конечно, надо же было как-то расположить ее к себе.
"— Послушай, Рэкс, ты что… — Говоров повертел пальцем у виска. — Как можно было поступить так неразумно? Ведь Лолита могла каким-то образом быть замешана в этом убийстве.
— Тем более что… — Богомолов вопросительно взглянул на Говорова, и тот согласно кивнул головой, как бы разрешая ему говорить о чем-то важном. — Понимаешь, Савелий, когда ты находился в беспамятстве, ты иногда кое-что говорил… Короче, мы проверили тот коллектор и действительно нашли матрасы, бомжей, но труп не обнаружили, хотя очень тщательно все исследовали.
— Либо вспугнул убийц, и они поспешили уничтожить следы преступления, — добавил со вздохом Говорков. — Теперь понимаешь, насколько ты рисковал, показывая Лолите нож?
— Кто ж мог предположить такое? — огорчился Савелий.