– С утра его отправили из Кабула в Москву. Сейчас им занимаются, по-моему, немцы, представители «Совета шести». Бен Смелнок же, поняв, что проиграл, покончил жизнь самоубийством.
– Так же, как в свое время погиб и поныне здравствующий Джей Доррес? – усмехнулся Доррес.
– Нет! Смелнок выбросился из окна своей нью-йоркской квартиры. Наши люди имели возможность убедиться в смерти подельника Дорреса.
– Понятно! Начинаем отход на остров Керуг?
– Да! И не удивляйся, если иногда в небе над вами будет появляться «Ми-8». Мы с Трепановым посчитали, что прикрытие с воздуха при транспортировке такого важного груза не помешает.
"– А почему, Дмитрий Сергеевич, не уничтожить и оружие, и документацию на Мукейне? Зачем нам разработки Дорреса? Ведь он уйдет от наказания, не так ли?
– Это, Валера, к сожалению, решать не нам с тобой, – вздохнул Белоногов. – Нам поставлена задача, мы должны ее выполнить.
– А если внезапно сработают самоликвидаторы на пушках? А рядом с ними, так же неожиданно и случайно, будет находиться документация?
– Ты мне брось это! Экспертиза «Совета шести» быстро разберется, что и почему вдруг сработало на Мукейне, и тогда, Валера, тебе несдобровать.
– Но Доррес – преступник, генерал!
– Согласен. К сожалению, не мы решаем его судьбу, и давай закончим на этом!
– Есть!
– В 20.30 яхта должна быть на острове Керуг. Вас встретит полковник Трепанов.
– Понял! Выполняю!
– Так-то лучше! До встречи, Седой!
– До встречи.
Командир отряда «Z» передал трубку Лерою:
– Держи, Хакер, надеюсь, сегодня нас больше не побеспокоят.
На яхту поднялся лейтенант Аппель:
– Седой, я хотел бы знать, что с Бертой Рин?
– Не понял, – удивленно произнес Седов, – а тебе, Ганс, какое дело до фрау Рин?
– Она мне понравилась, командир, и я, естественно, с разрешения командования, мог бы отправить ее в Германию, к своим родственникам для начала.
– Ну, ты даешь, Ганс! И виду не подал, что испытываешь чувства к Берте.
– Все произошло внезапно, командир.
– Значит, любовь с первого взгляда?
– Можно сказать и так!
– А как насчет взаимности? У нас говорят, насильно мил не будешь.