– Слышишь? – приподняв указательный палец, пробормотал Андрей, кося глазами в сторону.
– Что ты имеешь в виду? – Комбат тоже насторожился и приложил ладонь к уху.
– Машина какая-то ревет.
– Слышу, – прошептал Комбат, схватил бинокль и побежал на холм.
Подберезский побежал вслед за Комбатом и уже через минуту они лежали вместе на холме. Рублев прижимал к глазам бинокль и говорил Подберезскому:
– Вижу машину, военный «Урал». Номера заляпаны грязью, в кабине двое – водитель и еще один.
Выглянуло солнце.
– Возможно, подвезли горючее, – подумал Комбат.
Андрей уже успел взять бинокль из рук Комбата, а затем воскликнул:
– Командир, командир, смотри! – подав бинокль Рублеву, показал рукой. – Видишь куда машина едет?
– Да, вижу, – наводя резкость, пробормотал Рублев.
– Погоди, дай мне план всей территории.
Подберезский тут же развернул план.
Синьки от тумана стали влажными и не шелестели.
– Смотри, – он показал Комбату направление движения автомобиля с цистерной, – он едет к воротам, но не к тем, где лежат бомбы.
– Погоди, а что это за ворота? – Комбат продолжал следить за движением «Урала», на подножке которого стоял полковник.
Фамилию его, естественно, Борис не знал, но его удивило, что полковник, скорее всего, начальник полигона, сам сопровождает машину, стоит на подножке, как какой-нибудь солдат, а не хозяин всей территории.
– Ни хрена себе! – пробормотал Комбат и принялся изучать план. – Так что, выходит машина так вот спокойненько заехала в затопленные склады? Какого черта она туда поехала? Ну ничего, Андрюша, дождемся и мы когда она будет выезжать.
– Послушай, командир, – сказал Подберезский, – а что если мы эту машину перехватим и хорошенько тряхнем тех двоих, которые внутри? Порасспросим у них, зачем они приезжали, кто они и откуда…
– Погоди, Андрюша, – Комбат сосредоточенно размышлял, прижимая бинокль к глазам.
Железные ворота закрылись. Комбат посмотрел на часы.
– Пять часов пятнадцать минут.
А в подземном хранилище в это время все происходило так, как всегда, так, как это случалось уже сотни раз.