Комбат не ждет награды

Сержант завелся и хотел было ударить подполковника, но старший остановил его:

– Ну его к черту! Давай заведем его в участок, составим протокол по всей форме. Если он какая-нибудь шишка, то протокол уничтожим. И так уже с тобой вляпались.

– Давай, так.

– Отвечать-то вместе придется.

Молодой милиционер кивнул и вместе они потащили Борщева в подворотню. Пока молодой милиционер успокаивал подполковника, старший вызвал по рации машину.

Глава 8

Когда две девицы, заинтересовавшись, куда же подевался их кавалер, вышли на крыльцо ночного бара, то ни Борщева, ни милиционеров уже не было видно.

Охранник, стоявший возле двери, ничего не мог сказать девушкам.

Оказавшись в машине, подполковник Борщев на время забыл, что с ним произошло. Он вообразил себя сидящим в командирском «Уазике» и если бы был в состоянии, то отдавал бы приказы шоферу. А так он только с гордым видом посматривал по сторонам, не понимая, откуда вдруг на его полигоне взялись высотные дома и почему вокруг снует так много легковых машин.

– Приехали! – сказал милиционер с бычьей шеей и, распахнув дверцу, потащил Борщева за рукав.

Тот лишь махнул на него рукой и гордо проговорил:

– Сам выйду.

С первого раза Борщев не попал в дверь, молодому милиционеру, который уже понял, что перед ними все-таки не просто пьяница, а человек с положением, пришлось подправить траекторию движения подполковника.

Наконец задержанный протиснулся в дверь и оказался в участке. Тут милиционеры почувствовали себя куда более увереннее, ведь это была их территория.

Молодой сержант подошел к дежурному офицеру и коротко доложил ему об обстоятельствах, при которых был задержан этот дорого одетый мужчина. Как бы оправдываясь, сержант то и дело показывал на свой нос, распухший и похожий на сливу.

Тем временем Борщев осмотрелся и поняв, что не сможет дольше стоять на собственных ногах, опустился на топчан. Некоторое время он еще бормотал, а затем затих, свесив голову между ног.

– Это он тебе звезданул?

– А то кто же, падла!

– А ты ему?

– Я бы ему ввалил, да синяки останутся.

– Можешь не рассказывать. Наверное, пару раз по печени дубинкой саданул.

– Нет, – замотал головой сержант. – Но все равно, он не вспомнит.

– Ладно, буди, будем допрашивать.

Тем временем пожилой сержант уже обшарил карманы Борщева, но ничего, кроме тонкой пачки пятидесятитысячных купюр не обнаружил.

– Черт его знает, кто он такой.

– А ты в портфеле посмотри.