Ведь мало ли кто сюда сейчас нагрянет и что привезут! Лучше никого не видеть и лучше, чтобы тебя самого никто не видел. Привел человека и ушел, дело сделано.
С этими мыслями Дмитрий Исакович Пигулевский благополучно покинул квартиру Шеришевского. Оказавшись на улице, с облегчением вздохнул, взял такси и укатил к себе на работу. Хотя у него сегодня был выходной, но в магазине он чувствовал себя спокойнее, чем дома.
* * *Все странности, которые начались вокруг Бориса Рублева, его пока не пугали. Ведь он же не знал к чему все клонится и как будет происходить сделка.
Но Комбат чувствовал, что-то здесь не так, что-то его настораживало. А может, это было связано с тем, что Комбат играл непривычную для себя роль, легко бросался астрономическими суммами и делал вид, что ему даже море по колено.
Конец его колебаниям положила мысль, простая и привлекательная:
«А что если и в самом деле эта хваленая знаменитая „Янтарная комната“ существует, и он, Борис Рублев, сможет ее вернуть России? Вот это будет да! А почему бы и нет? — тут же сказал себе Комбат. — Что я, простак какой-нибудь? Меня не так-то легко обвести вокруг пальца. Я же не мальчик, а воробей, в общем-то стреляный.
— А вот и он, — сказал Шеришевский, когда в дверь позвонили, и слишком быстро для своего возраста бросился открывать.
— Входите, входите, Вадим Семенович, вас уже ждут.
— Надеюсь, не заждались? — послышался доброжелательный голос вошедшего.
— Что вы! Вы быстры, как никогда.
— Ладно, брось.
Войдя в большую гостиную. Чурбаков сразу же понял кто является покупателем. Его взгляд зацепился за сверкающий перстень. Правда, мужик, назвавшийся Борисом Рублевым, ему сразу не понравился.
""Слишком уж здоров, слишком уж нагло себя ведет.
По всему видать, такого обломать будет сложно. Но и не таких ломали.