"
"— Вроде бы выпили уже достаточно, — возразил Подберезский, хотя в его рюмке все еще оставался коньяк.
— Что значит бутылка водки для мужчин с вашей комплекцией — ничего! — развел руками Чурбаков. — Я в лучшие годы мог целое ведро выпить и со мной ни хрена не происходило, трезв, как стеклышко. Все сослуживцы удивлялись.
— Ты служил? — перешел на «ты» Комбат.
— По-моему, вы меня узнали, — Чурбаков пригладил непослушные седые волосы.
— Могу и ошибиться.
— Неважно. Мое имя и прошлая служба к делу отношения не имеют.
Пока Чурбаков заговаривал зубы, Свиридов готовил коктейль.
Комбат был готов ко многому. Он вполне мог предположить, что люди Чурбакова набросятся на него и Подберезского, хотя большого смысла в этом не было. Деньги по уговору Чурбаков должен был получить немалые, а захватив их сейчас можно было рассчитывать максимум на несколько десятков тысяч долларов, лежащих в карманах. Такая сумма вряд ли интересовала Чурбакова, не стал бы он ради их устраивать перелет из Москвы на полторы тысячи километров.
«Добраться бы до „Янтарной комнаты“, договориться о системе расчета и уже потом с Бахрушиным и его людьми затеять заваруху».
Поэтому Борис Иванович особенно и не следил за Свиридовым. А зря. Тот сливал в высокие стаканы томатный сок, водку, делая это виртуозно.
— Вот, пожалуйста, — Павел Свиридов установил стаканы с положенными в них соломинками на поднос и подошел к столу.
— Отрезвляющий коктейль, рекомендую.
— Отрезвляющий с водкой? — ухмыльнулся Комбат, протягивая руку, чтобы взять стакан.
Чурбаков представлял себе, что сейчас самый ответственный момент. Нельзя первому взять безопасный коктейль, иначе может возникнуть подозрение. Он сделал это одновременно с Рублевым. Подберезскому, как охраннику, предстояло воспользоваться тем, что оставалось на подносе.
Может, на какой-нибудь другой коктейль Комбат и Подберезский не купились бы.