Комбатант

Он просто-напросто неспешно фланировал по улице с видом праздного гуляки, отправившегося полюбоваться красотами города, — изучая преследователей.

Чем дальше, тем больше убеждался, что столкнулся с профессионалами. Порой они делали «челнок» — один оставался сзади, а второй обгонял и двигался шагов на двадцать впереди Бестужева, иногда по другой стороне улицы (причем несколько раз они менялись местами. Порой один из них исчезал из поля зрения совершенно, а потом оказывалось, что он, стервец, все это время двигался по параллельной улице, справа или слева.

Порой… Одним словом, в дело был пущен весь набор хитрых ухваток филеров высокой квалификации, для которых не нашел бы и слова порицания сам Медников…

Бестужев даже не пытался гадать, кому его преследователи подчиняются, кто их послал. С равным успехом они могли оказаться французскими тайными агентами, людьми Гартунга (а впрочем, это, насколько можно судить, сплошь и рядом одно и то же), боевиками революционного подполья неизвестно какой партии, а также, если учитывать все варианты — некими конкурентами, озабоченными телеспектроскопом.

В Вене игроков было столько, что они порой едва ли локтями не сталкивались, чуть ли не штиблеты начищенные друг другу оттаптывали… почему бы и в Париже не продолжиться этой азартной толчее? Могут вынырнуть совершенно новые персоны, прежде в гонке не замеченные. Гадать бессмысленно, одно ясно: это не аматёры, не случайные люди — поднаторевшие в слежке мастера…

Бестужев довольно долго таскал их за собой, беззаботно бродя по улицам, надолго останавливаясь, чтобы полюбоваться историческими достопримечательностями (благо таковых здесь имелось множество) — старательно показывал, что никуда он не спешит, не проверяется, вообще представления не имеет, что по пятам таскаются прилипалы.

Следовало их расслабить, насколько возможно, самые опытные агенты в подобных ситуациях невольно расслабляются чуточку. Без сомнения, они должны прекрасно знать, кто он такой на самом деле — иначе откуда высококлассная слежка? Но кто сказал, что жандармский ротмистр обязан посвящать делам двадцать четыре часа в сутки, не стремится отдохнуть и развлечься? Как-никак вокруг — Париж…

Он глянул на часы — время начинало поджимать.

Ну что же… Пора и отрываться. На суше у него было бы мало шансов — чтобы воспользоваться проходными дворами, закоулками и прочими удобными местами, город следует изучить самолично, знания теоретические, по карте, тут не помогут.