А глядя на то, как играют желваки на его челюстях и бешено раздуваются ноздри, меня стрелой пронзает дрожь от губ до самых кончиков пальцев на ногах, которые приходится даже поджать несколько раз, чтобы сбросить наваждение, в котором перед глазами уже не просто расплываются картинки того, как жадно я отдаюсь ему прямо здесь, на кресле, столе, ковре и прочих поверхностях кабинета, но и губы начинают тянуться к тому, чтобы все это начать. Черт! Это самый сексуальный накал за всю мою жизнь!
Тряхнув головой, чтобы отделаться от прилипчивых картинок, я решительно, и даже, на удивление, не задрожавшей рукой, подписываю этот самый договор и победоносно поднимаю взгляд на еще больше разгоревшуюся плещущуюся страсть в его глазах.
Снова судорожно сглотнув, перевожу глаза на его пальцы, так и ощущая их жар и то, как они опускаются на мои бедра.
Блин, это же просто невозможно! На такие собеседования нужно ставить на столе двадцать стаканов с ледяной водой и еще, желательно, холодный душ рядышком! Чтобы между фразами можно было быстренько сбегать и привести себя в чувство!
- Готово… - выдыхаю я полушепотом и прикрываю глаза, снова ощутив ненормальное головокружение.
Он молчит, и даже не кивает головой, только все крепче сжимает ручку в руках, - так и вижу, как напрягаются оплетающие их вены. А взгляд все темнее и темнее… И лицо такое… Точно! Вот сейчас дернет меня на себя, и… И я, кажется, совсем не буду сопротивляться!
- Да, - как-то резко моргнув и снова начав выглядеть человеком из цивилизованного мира, - правда, прошла, кажется, целая вечность, - он отмирает.
- Что ж, Лиза, жду вас завтра к шести утра."
"Его голос по-прежнему хриплый, совсем не такой, как был в самом начале.
Резко подняв руку, он взъерошивает волосы и выглядит при этом так, как будто реально только что занимался жарким сексом.
Снова мотнув головой, я хватаю свой экземпляр договора и, резко крутанувшись на каблуках, почти бегом вылетаю на выход.