Машину развернуло по кругу и выбросило за трассу, сильно наклонив вперед."
"Кэндис тяжело дышала, все так же до боли сжимая руль, будь у нее силы, она бы вырвала его. Голова кружилась, сердце стучало так, что отдавалось в висках. Приложила ладони к покрытому испариной лбу, резко затошнило, выскочила из пикапа, ее тут же стошнило съеденным по дороге сэндвичем.
Села прямо так, на еще теплый песок, облокотилась о колесо, запрокинула голову. Там, высоко в небе, были россыпи ярких звезд, а в ее душе сплошное смятение и боль.
Телефон все продолжал разрываться, но не было ни сил, ни желания отвечать, с кем-то разговаривать. Что дальше делать, Кэндис не знала, надо ждать утра, просить проезжающие мимо машины вытащить ее пикап. Ехать обратно, искать нужную трассу, потом в Хьюстон, искать мать, неизвестно, нужна ли она ей будет еще. Если нет, то искать работу и жилье. Но оставаться в этом городе она больше не будет и дня.
Снова забралась в машину, завела мотор, попыталась выбраться сама, но из под колес вылетал только песок. Решила оставить эту затею, включила магнитолу, слез уже совсем не было, только пустота. Она ничего не может поделать с тем, как все получилось. Ее любовь никому не нужна, так же, как и ее ребенок. А она уже его любит, не смотря ни на что.
Кэндис со всеми этими переживаниями и нежданным визитом миссис Паркер забыла о шерифе, ведь, по его словам, она — его дочь, хотя это надо еще спросить у матери, она не собиралась верить на слово.
Спала неспокойно, не сон, а вспышки воспоминаний, событий, лиц. Шериф, Рик, ее мать, еще молодая, Шон и Лукас, запускающие в поле воздушного змея, первый поцелуй и такой острый оргазм с Шоном.
Проснулась от того, что кто-то стучал в стекло. Не сразу поняла, где находится, но было уже утро, солнце заливало салон автомобиля, и было очень жарко. В окно стучал мужчина в полицейской форме, пытаясь разглядеть ее внутри салона.
— Мисс, с вами все в порядке? Пожалуйста, выйдите из машины.
— Да, конечно.