Скорее всего, так будет лучше для него, мы жили в Эдинберге, на юге штата, он вернется обратно, там его друзья и прежняя работа.
— Ты лучше спроси, кто ее мать, Том, — Эмили не могла не вставить колкую фразу, на что Кэндис снова напряглась и опустила глаза, будто в чем-то виновата. — Потому что кто ее отец нам уже известно, шериф Робертс — тот еще ходок, оказывается, был. Вы с ним на пару бегали по девкам, а, Том?
— Эмили, ты обещала.
— Я вот нисколько не удивлюсь, если в один прекрасный момент к нам в дом заявится твой внебрачный ребенок.
— Эмили, мы сейчас не об этом!
— Да, извини, я отвлеклась. Так о чем мы говорили?
Кэндис боялась именно этого — подколов, издевок, таких вопросов невзначай, от которых переворачивалось все внутри, как в детстве. Она, наверное, никогда не вытравит из себя ту забитую девочку из средней школы.
— Мама, мы же просили тебя, — Шон бросил вилку так, что зазвенела посуда. — Мы пришли сказать вам с отцом, что Кэндис — наша женщина, наша любимая женщина.
— Кэндис ждет от нас ребенка, и я бы попросил тебя, мама, не расстраивать ее, — Лукас посмотрел на девушку и сжал ее холодную ладонь.
— Беременна, да, я знаю. И вы так уверены, что сможете быть все втроем? Жить вместе, растить ребенка? У меня не укладывается вся эта ситуация в голове. Что скажут люди?
— Да, мы уверены, мы уже живем вместе в доме Барбары, насколько тебе известно, и будем жить именно там.
уладят, и до Эмили не дойдет все положение вещей, то они будут вынуждены уехать. Бросить ранчо, свое дело, свою семью ради спокойствия и счастья выбранной ими женщины.
"— Я хочу сказать, — Кэндис подняла голову, облизала пересохшие губы, посмотрела на Тома, потом на миссис Паркер. — Да, вы правы, может, я не достойна ваших сыновей, ведь они у вас на самом деле замечательные, я бы хотела, чтобы мои дети выросли такими же. Я не воспитывалась в благородной семье, у меня нет хорошего образования, и родилась я от случайной интрижки моей матери с шерифом, у меня никогда не было полноценной семьи.