Весь день из головы не выходила эта голубоглазая девочка с белокурыми волосами и таким сладким именем. Он словно слышал у себя в голове ее крики, стоны, пальцы помнили ее гладкую кожу, пахнущую клубничным кремом.
Лукас, конечно, паршивец, да и он не лучше поступил. Но в тот момент перед глазами была словно пелена. Похоть. Голод. Желание обладать, подчинить. Не только самому получить удовольствие, но доставлять его. Такого он за собой точно никогда не замечал. Она убежала в слезах, наверняка думая, что ее использовали, а он даже с места не мог сдвинуться, чтобы догнать, остановить, сказать, что это не так.
— Шон, привет.
Оливия Холл подошла совсем близко, как бы случайно задев Шона плечом и скользнув по его руке грудью. Уселась рядом на высокий барный стул, тряхнув распущенной гривой рыжих волос.
— Оливия, тебе не кажется, что молоденьким двадцатилетним девушкам находиться здесь — не самое хорошая идея.
— Мне почти двадцать один.
— Но ведь не двадцать один.
Шон попросил жестом налить ему еще, снова, не глядя на Оливию, опрокинул в себя содержимое бокала.
– Я знала, что ты будешь здесь, только ради этого и пришла. Ты постоянно меня избегаешь.
Шон наконец посмотрел в лицо девушки, яркий макияж и правда делал ее старше, черная майка с бирюзовыми блестками, слишком откровенное декольте. Красивая девочка, но совершенно не привлекла его, ему нравятся более взрослые и опытные. Точнее, женщины, которые знали, что делают, просто секс, ничего больше, — вот что было главным в его отношениях с ними.
— Оливия, ты слишком молода, чтобы быть здесь и искать со мной встречи.
— Если уж малышка Кэндис здесь, то мне и подавно можно, — Оливия скривила губы.
— Кэндис? — Шон переспросил, думая, что это имя ему только показалось.
— Да, официантка из закусочной, милая, бедная официантка. Мы с ней учились в одном классе, пока они не уехали с мамашей-алкоголичкой. Но девочка оказалась шустрая, с помощником шерифа пришла.
— Рик? Он вернулся?
— Конечно, они вон там, за дальним столиком, — Оливия показывает пальчиком, Шон медленно поворачивает голову, в баре замолкает музыка. — Правда, они подходят друг другу? Официантка и коп. Идеальная пара.
Шон слышит сквозь гул голосов, как Кэндис звонко смеется, видит, как, склонив голову, внимательно слушает Рика, как прядь распущенных, чуть вьющихся волос падает ей на лицо, а рука Рика убирает ее.