Кэндис! Кэндис, где тебя снова носит.
Девушка, слушая весь разговор между Риком и Рози, пыталась незаметно пройти мимо, двигаясь вдоль стены. Ей было стыдно показываться на глаза Рику, она вчера ушла с Шоном из бара просто поговорить, но так и не вернулась обратно.
— А, вот ты где. Прими заказ у офицера, и живее.
Кэндис подошла ближе, прижимая в груди пустой поднос.
— Здравствуйте, что будете заказывать?
— Привет, Кэндис.
Рик смотрит на нее своими темно-зелеными глазами, слегка их прищурив, скользит взглядом по лицу девушки.
— Рик, извини, вчера так нехорошо получилось, — Кэндис должна была извиниться, иначе она чувствовала себя неловко. — Шон выпил лишнего, я не знаю, что на него нашло.
— Вы давно знакомы?
— Нет, то есть да, я выросла здесь, потом мы переехали. Паркеров знают все.
— Между вами что-то есть?
— Нет, с чего ты взял? — ответила слишком быстро и резко. Но не могла же она сказать, что вот только утром она кончала на члене Шона Паркера, а потом, господи, даже вспоминать стыдно.
— Мне показалось. Не переживай, это наши давние споры. Паркер постоянно делает все мне назло, вот и тебя увел, видя, что ты со мной. Это еще со школы — уводить всех моих девчонок.
— Но я не твоя девочка, — Кэндис была удивлена.
— Нет, конечно, нет. Я надеюсь, что ты станешь ей. Но Паркеру ведь это не объяснишь. Так куда ты вчера убежала?
Рик говорил спокойно и вполне искренне, было видно, что он не сердится на нее. Темные брови, пушистые ресницы, правильные черты лица, обаятельная улыбка, мощные плечи и шея.
— Мы поговорили с Шоном, а потом я встретила наших соседей, они подвезли меня домой. Что будешь заказывать?
Рик поверил или просто сделал вид, что поверил. Кэндис пристально всматривалась в его глаза, но ничего не могла понять. Она соврала, при этом чувствуя себя неловко, но не могла же она сказать, что провела ночь с братьями Паркерами, в их объятьях, на их членах.
— Принеси мне что-то на свой вкус, Кэндис.
Девушка улыбнулась, кивнула и убежала на кухню. Рик проводил ее взглядом. В помещении на полную мощь работали кондиционеры, но ему было жарко. Эта девушка — такая горячая штучка, такая маленькая, хрупкая, но рядом с ней так жарко, словно в полдень под испепеляющим техасским солнцем.