И Селена ни на секунду не усомнилась, что интересует его действительно флажок.
— А тут много Селен? — спросил он.
— О да! Они исчисляются по меньшей мере сотнями. Так же, как Синтии, Дианы и Артемиды. Но особенно популярны Селены, хотя половина знакомых мне Селен предпочитает сокращение «Лена», а вторая половина именуют себя Селиями.
— А какое сокращение выбрали вы?
— Никакого. Я — Селена. Все три слога. Се-ЛЕ-на, — произнесла она, подчёркнуто выделив ударный слог. — Так называют меня те, кто вообще называет меня по имени.
Губы землянина сложились в улыбку — с некоторой неловкостью, словно для них это было что-то не вполне привычное. Он сказал:
— А когда вас спрашивают, на что вы сели, Селена?
— Больше он этого вопроса не повторит! — ответила она с полной серьёзностью.
— Но спрашивают?
— Дураков в мире хватает.
К их столику подошла официантка и быстрыми плавными движениями расставила блюда.
На землянина это произвело явное впечатление. Он повернулся к официантке и сказал:
— Они у вас словно парят в воздухе.
Официантка улыбнулась и отошла к следующему столику. Селена сказала предостерегающе:
— Только не вздумайте ей подражать. Она привыкла к нашей силе тяжести и умеет ею пользоваться.
— Другими словами, я всё перебью?
— Во всяком случае, вы устроите нечто очень эффектное.
— Ну хорошо. Не буду!
— Но кто-нибудь непременно попробует! Тарелка спланирует на пол, он попытается поймать её на лету и свалится со стула. Я пробовала предупреждать, но, конечно, это не помогает, и бедняга потом только сильнее смущается.
Землянин с большой осторожностью поднес вилку ко рту.
— Да, вы совершенно правы. Даже простейшие движения даются с некоторым трудом.
— Нет, вы быстро освоитесь. Во всяком случае, с несложными операциями вроде еды. Ходьба, например, даётся тяжелее. Мне ещё не приходилось видеть землянина, который был бы способен бегать тут по-настоящему.
Некоторое время они ели молча. Потом землянин спросил:
— А что означает это «Л»?
Он опять глядел на её флажок, на котором было написано: «Селена Линдстрем, Л.».
— Всего лишь «Луна», — ответила Селена равнодушно. — Чтобы отличить меня от иммигрантов. Я родилась здесь.
— Неужели?
— А что. тут удивительного? Люди живут и работают на Луне уже более пятидесяти лет.