— Хорошо, тогда объясни мне, почему, когда ты была меньше и уже знала, на что способна — что не под силу не только другим детям, но и взрослым тоже, — почему ты не пришла ко мне и не рассказала обо всём?
— Однажды я пыталась, но ты не захотела слушать. То есть ты мне ничего не сказала, но я видела, что ты занята и не желаешь тратить время на детскую болтовню.
Глаза Инсигны округлились.
— Неужели я так и сказала: «на детскую болтовню»?
— Нет, ты молчала, но смотрела и руки держала так, что всё было ясно.
— Надо было настоять и всё равно рассказать.
— Я была слишком мала, а ты всё время нервничала — из-за комиссара Питта и из-за отца.
— Ладно, не думай больше об этом. Что ещё скажешь?
— Только одно, — проговорила Марлена. — Когда комиссар Питт сказал, что согласен и мы можем отправляться на Эритро, мне почудилось, что он чего-то недоговаривает.
— И что же это было, Марлена?
— Не знаю, мама. Я же не умею читать мысли. Только внешне… да и то не всегда можно понять. Однако…
— Ну-ну?
— По-моему, он думал о чём-то неприятном, пожалуй, даже ужасном.
23"
"Подготовка к полёту на Эритро заняла много времени. На Роторе у Инсигны были дела, которые нельзя было бросить. Нужно было переговорить в департаменте астрономии, отдать распоряжения, назначить первого заместителя исполняющим обязанности главного астронома, наконец, проконсультироваться у Питта, ставшего непривычно неразговорчивым.
Во время последней беседы Инсигна сообщила:
— Знаешь, завтра я лечу на Эритро.
— Прости? — Он поднял глаза от её отчёта, который старательно листал, не читая, — она была убеждена в этом.
Неужели она, сама того не ведая, поднабралась Марлениных штучек? Не надо бы девочке думать, что она может видеть то, что скрывается под поверхностью, это не так.
— Ты знаешь, завтра я улетаю на Эритро, — терпеливо повторила она.
— Завтра. Но ты же будешь к нам наведываться, так что я не прощаюсь. Береги себя. Рассматривай поездку как отпуск.
— Я намереваюсь заняться исследованиями движения Немезиды в пространстве.
— Ах это, ну… — Он пренебрежительно махнул рукой. — Как хочешь, И всё-таки, даже если ты продолжаешь работать, смена обстановки всегда отпуск.
— Янус, я хочу поблагодарить тебя, что ты предоставил мне такую возможность.
— Твоя дочь просила меня. Ты знаешь об этом?
— Знаю, она мне в тот же день всё и рассказала. Я ругала её, что она тебя побеспокоила. Ты отнёсся к ней с таким вниманием.
— Необычная девочка, — пробормотал Питт. — Рад был ей помочь.