Но переход совершается по определённой траектории, каждый раз по новой, обладающей определённой начальной и конечной точками. Мы не ощущаем её, не контролируем, вообще не движемся по ней, как это бывает в пространстве-времени. Она существует весьма малопонятным образом. Такую траекторию мы называем виртуальной. Я сама придумала этот термин.
— Но если мы не ощущаем её и не движемся по ней — откуда известно, что она действительно существует?
— Виртуальная траектория определяется уравнениями, описывающими наше движение в гиперпространстве.
— А ты уверена, что уравнения действительно описывают реальный объект? Не может ли случиться, что твоя траектория представляет собой всего лишь математическую абстракцию?
— Возможно. Я и сама так считала. А By ещё год назад заподозрил, что траектория реально существует. А я, словно абсолютная идиотка, походя отвергла такую возможность. Я сказала ему тогда, что виртуальная траектория существует лишь виртуально.
— Ну хорошо. Пусть виртуальная траектория каким-то образом существует. Что из того?
— В таком случае, если она пролегает возле массивного тела, на корабль действует гравитация. Вот и первое ошеломляющее и полезное открытие: оказывается, тяготение способно влиять на виртуальную траекторию. — Уэндел сердито погрозила себе кулаком.
— Но случилось иначе?
— Конечно. И By всё объяснил. Представь себе, что скорость света — просто точка отсчёта. Все скорости, которые меньше её, имеют отрицательную величину, а больше — положительную. В той обычной Вселенной, где мы живём, все скорости будут отрицательными — обязаны быть по этому допущению.