Лавка Ли Чонга была по части товара уникальным торговым заведением. Большинство магазинов запасается черно-желтой гофрированной бумагой, черными бумажными котами и тыквами из папье-маше в октябре. Перед кануном Дня всех святых торговля идет полным ходом, а на другой день всей этой мишуры точно и не было. Может, удается все распродать, а, может, остатки просто выбрасывают; но, скажем, в июне товар этот нигде не купишь. То же и с Четвертым июля; в январе не найдешь ни флагов, ни материи для них, ни ракет для фейерверка.
У Ли Чонга имелись шутихи, которые он раздобыл еще в 1920 году. Где он хранил запасы в таком тесном помещении – его профессиональная тайна. Он торговал купальными костюмами, купленными в те времена, когда в моде были длинные юбки, черные чулки и шелковые головные платки. Были у него велосипедные зажимы для брюк, челноки для плетения кружев, наборы для игры в маджонг, значки со словами «Помним Майн», вымпелы из фетра, выпущенные в честь «Боба-бойца», сувениры международной Тихоокеанской выставки в Панаме 1915 года – маленькие башенки из драгоценных камней.
– А где нам взять большой пирог? У Ли Чонга продаются только пирожные.
Хьюги, вдохновленный недавним успехом, опять внес предложение.
– Пусть Эдди испечет торт, – сказал он. – Он ведь когда-то работал поваром в Сан-Карлосе.
Предложение было встречено с таким восторгом, что Эдди пришлось признаться, что тортов он в жизни не пек.
Мак внес в разговор о торте сентиментальную нотку.
– Доку было бы очень приятно, – сказал он. – Домашний торт – это не какой-нибудь вонючий покупной. В домашний торт душу вкладываешь."
"Чем ближе к вечеру, тем меньше оставалось виски и тем сильнее ребят разбирал азарт.