Из зала к лестнице, ведущей на второй этаж, и пока я поднималась вслед за своей верхней правой конечностью немилосердно сильно стиснутой за предплечье лысым, то запоздало отметила, что остальных конвоиров не видать. Даже строптивого вредины Толи, никак не могущего смириться, что по карьерной лестнице продвинули лысого, а не его. Между прочим, я считаю, что заслуженно продвинули, ибо и спичка надежды не сгорела и челюсть у меня цела, а с Толей могло быть по-другому. С челюстью так точно.
Пошло-пафосный коридор, несколько мини-залов, в которые заглядывал лысый и, наконец, он все же определился, где меня будут пытать — заглянув в очередной зал, втащил в него меня и кивнул на отдаленный стол у окна.
— Сядь туда и жди. — Приказал он, доставая телефон и подпирая косяк двери.
Послушно посеменила меж невысоких подиумов с шестами и пока отсутствующими на них стрипушницами. Попетляла между небольшим количеством столиков и покорно села на указанное место. Огляделась."
"Зал почти пуст. Несколько небольших компаний угадывались в зонах, отгороженных полустеной из всякой свисающей с потолка сорочьей, то бишь блестящей и почти непрерывной в контакте друг с другом, дребедени.
Освящение мини-зала приглушено, а музыку, долбящую на первом этаже, здесь почти перекрывает тихий ненавязчивый фон.
Из-за спины подошла официантка и протянула мне меню. Хотела уже отказать, а потом поняла, что мне нужно выпить. В идеале хорошей конины, но мне необходимо соображать, потому, пролистав мелко дрожащими пальцами карту бара, заказала эспрессо.
— Девушка, вы случайно не меня ищете? — и за мой стол неожиданно сел мужик, ласково улыбаясь напряженной мне, пока официантка забирала меню.
Ухажер. Как вовремя. Прошлась по нему быстрым цепким взглядом: возраст явно зрелый, особого пафоса во внешнем облике нет, значит, на внешности не зациклен, а из этого следует, что ему не страшно ее испортить. Комплекцией, вроде бы, боженька его не обидел, это тоже очень хорошо, а в купе с тем, что подкатил сам и первый, логичный вывод: смелостью тоже не обделен, что является приоритетным и основным плюсом в моем печальном положении.
— Я ищу спасения. — Тихо произнесла я, доверительно глядя в темные, улыбающиеся глаза, и повела подбородком в сторону выхода, где подпирал косяк лысый, неосмотрительно не проявляющий внимания к тому, что одиночество пленницы разбавили. — Готова за это спасение заплатить.