Одновременно с этим не сильно, но очень чувствительно прикусил мне нижнюю губу, заставив рефлекторно, в ожидании боли, разомкнуть зубы. Язык коснулся языка и я сама протестующе отстранилась, но он удержал за затылок.
— Не пила. Принимала? — тихий вопрос мне в губы.
— Нет, — сипло выдавила я, якобы усаживаясь поудобнее и осторожно бросив взгляд из-за его плеча. Лысый все еще стоял перед входом и осматривался. Сука, да когда ты съебешься… — парень приставал, слава богу облава, я под шум убежала.
— Пока целуешь, сиди, — снова мне в губы, но уже с усмешкой.
Я перевела было на него взгляд, но он плавно подался вперед и сделал это пробно, поверхностно, чтобы избежать сопротивления. Мягко, очень осторожно коснулся губ. Заставив растеряться.
И ощутить запах. Парфюма вкупе с никотином. И почувствовала вкус на этих чрезвычайно осторожных губах.
Он пальцами, не торопясь и без нажима, провел по моим волосам, с нажимом от темечка, медленно вниз и почти неощутимо касаясь, тронул основание шеи.
Это вторая ошибка моей системы, второй непонятный баг, пустивший новую цепь ошибок, закоротивших разум. Удовольствием."
"Его легкие касания, почти нажим, но все же поглаживания самыми кончиками пальцев по шее. Легкие, да, вроде бы, но в то же время очень ощутимые. Они творили свои вязи в возникающей цепи при одновременном пьянящем аромате, вкусе его губ и их прикосновении.
Он слегка, совсем слегка, но все же настойчиво надавил пальцами на шею, тут же накрывая ее ладонью, когда я замерла. Накрывая и направляя так, чтобы я поняла подсказку — изменить угол между лицами. Чтобы он мог глубже. Чтобы мог показать, что хочет глубже, потому что ему нравится. Мой запах, мои губы. Я.
Краткая парализация и без того одурманенного сознания.