Вышинский молча и спокойно кивнул.
— Вам, товарищ Винокуров, необходимо передать товарищам Огневу и Вышинскому все собранные вами материалы по чрезмерному усердию ведомства товарища Менжинского. Также передайте товарищам ваши наработки в области подчинения ОГПУ в рамках конституции и их правах, обязанностях и взаимодействия с органами прокуратуры, — внезапно расширил Иосиф Виссарионович круг материалов по ОГПУ.
— Товарищ Сталин, — впервые при мне подал голос Винокуров, — но мы и сами можем все это сделать. Без вмешательства… — быстрый и недовольный взгляд в мою сторону, — сторонних лиц.
— Это вопрос решенный, — перебил его Иосиф Виссарионович. — Для понимания вашей специфики, как вы выразились, товарищу Огневу поможет товарищ Вышинский.
— Но я все еще не понимаю, почему это дело не поручить Верховному суду? — возмутился Винокуров. — У нас же есть для того все полномочия!
— Александр Николаевич, — впервые обратился к мужчине по имени-отчеству генсек, — мне напомнить вам, сколько времени и споров заняла разработка постановления о «реорганизации местных органов юстиции»? Вопрос должен быть решен оперативно!
Винокуров упрямо поджал губы, не соглашаясь с товарищем Сталиным.
— К тому же в первую очередь товарищи займутся созданием методички для следователей ОГПУ, — продолжил Иосиф Виссарионович. — Как до́лжно вести следствие. Вы же будете оценивать и утверждать подготовленные Огневым и Вышинским постановления перед тем, как они вступят в силу.
Только последнее уточнение примирило председателя Верховного суда с тем, что ему не дали поучаствовать в создании законов для ОГПУ. После этого Иосиф Виссарионович отпустил Винокурова, и уже оставшись с нами двоими разъяснил, что он конкретно от нас хочет."
"— Врагов советской власти в стране еще полно, поэтому ОГПУ должно реагировать на их устранение быстро. В связи с чем сильно уж по рукам и ногам вы их не сковывайте. Но и контроль, как показала практика, и присмотр за этой службой необходим.