Можно было спускать Витусю вниз и приниматься за работу, но тут испортилась погода. Начались пурги, потом сходы лавин, а потом время было упущено, и Витуся застрял на зимовку.
Занять себя на прииске было совершенно нечем, но Витуся не мог сидеть без дела. Он довольно скоро сошелся со старшиной чухов и был допущен, правда в качестве наблюдателя, к «обкатке» нифрила. Он слышал раньше, что добытый нифрил обычно встречается в виде плоских камушков со скругленной кромкой. И полагал, что для придания ему окончательного «монетного» вида его шлифуют.
— Нет, Витуся, нифрил не шлифуют, он сильно прочный, — сказал он, — Пойдем, я тебе покажу как «катают» нифрил.
Чухский старшина привел Витусю в «обкаточную», обустроенную в скальной полости. Он объяснил, что нифрил, когда на него накладывают приказ, сам по себе греется и обгорает. Причем задача обкатчика состоит в том, чтобы обжечь с камня все лишнее, сохранив «решетчатый строй», тот который образовывает ячеистую решетку.
— Вот видишь, — он показал камешек на раскрытой ладони, — Он довольно крупный, но вот поверхность, видишь, какая рыхлая? На обкатке много обгорит, едва на копейку потянет. А вот этот, — чух взял другой камень, — Он поменьше, но смотри какой ровный, почти как готовая монета, выгорит самая малость, двушка-то получится.
— Любопы-ытно, — протянул Витуся осматривая камень на грязной старшинской ладони, — А вот я не понял, почему это называют «обкатка», а не «обжиг», например?
Чух снова засмеялся:
— На камень приходится иногда по нескольку раз приказ накладывать, пока до ровного обгорит. А проверяют вот так, — чух катнул будущую монету по столу, — По тому как он катится и видно, ровный стал или нет.
— Надо же, — поразился Витуся, — Выглядит не так уж и сложно…"
"Так Витуся увлекся изготовлением нифриловых монет.