В тот раз из-за короткой стрижки и походной одежды он тоже поначалу принял ее за паренька.
— Не ожидал вас здесь увидеть.
— Да уж. Встреча действительно неожиданная, — она улыбнулась, а Вася отметил про себя, что собой владеет она хорошо. От него не ускользнула напряженная спина и выражение испуга, когда она только поворачивала к нему голову, — Насколько я помню, мы так и не познакомились?
Вася не нашелся, что ответить, и только пожал плечами. С его представлениями о военной службе знакомство с княжной вообще никак не вязалось.
— Меня зовут Ольха, — представилась она.
— Василий.
— Очень приятно, Василий, — сказала она, и не удержавшись от колкости, добавила, — Если я не ошиблась, баллада, которую запели те бойцы с вашим приходом, посвящена вам?
— Та-а. Это Акима у нас вспоминает песни со Старшей Сестры, — отмахнулся Вася, и по-крестьянски без околичностей сразу перешел к делу, — Послушайте, Ольха, я ведь вижу, вы обеспокоены. Можете не сомневаться, мы с парнями сделаем все что сможем…
Она выдохнула облегченно, и улыбнулась еще раз, только на этот раз улыбка вышла у нее немного грустной:
— Тогда, может быть пригласите меня за ваш стол?
Вася подал знак ребятам сдвинуться, что, впрочем, не помешало им допеть строчку: «В серой вольнице клыки чай найдутся, без тебя ее полки обойдутся».
— Обождите с пением. Знакомьтесь, княжна Ольха.
— Ой, да ладно, я ж не по роду княжна, а нареченная, — Ольха сразу решила для себя, что перед этими парнями разыгрывать из себя важную особу ни к чему.
— Вот уж не знал, что ты водишь знакомство с княжной, пусть даже и нареченной, — отозвался Акима и, галантно привстав, обозначил легкий поклон, — Рад встрече. Меня зовут Аким, к вашим услугам.
— Ага, вы тот самый Акима, который вспоминает песни из прошлой жизни, — догадалась Ольха, — Ну, и как там дальше?
— Где? — не понял Акима.
— Ну, в песне вашей.
— Поклонился я родне у порога, не скулите обо мне ради бога, — с радостной услужливостью подсказал Короток, поддержать разговор с настоящей княжной ему тоже хотелось.
— «Не скулите», да? — Ольха прищурила один глаз.
— Именно так в той песне и поется, — с достоинством подтвердил Аким.
— Вот чего я больше всего не люблю, — сказала она в упор глядя на Акима, — Так это когда из меня пытаются дуру делать…
— А чего не так в песне-то? — от такого напора Акима несколько растерялся.
— То, что на Старшей Сестре люди про первопредков-оборотней слыхом не слыхивали.
— А, вот вы, о чем.