Она выглядит такой расстроенной, что даже не получается сердится. Как у нее это выходит?
— Ура! — совсем по-детски вопит она, и тут же поворачивает ко мне экран, — видишь, ничего от тебя нет. Ни звоночка!
Я уже понял. Завожу машину и отчаливаю от универа, а Лерка продолжает копаться в телефоне и причитать.
— Маме позвонить надо. Если она меня набирала, а я так же была недоступна — то конец. Ругать будет. Я же после клуба у нее на испытательном сроке.
Меня умиляет это ее «позвонить маме» и «испытательный срок».
Мне это нравится.
— Тебя не ругать, а пороть надо, — роняю, не сбавляя скорости, и рыжая хулиганка пихает меня в бок. Почему-то смешно.
— Мама! Привет! Все сессия сдана! Без троек! — бодро докладывает она, при этом сидит, вытянувшись по струнке. И руки на коленочках, как у прилежной девочки.
Я вполуха слушаю, как она болтает со своей родительницей, и заруливаю к ближайшему салону связи.
— Я сейчас.
Она только кивает, прикрыв ладошкой динамик и возвращается к разговору.
Я иду в салон один. Выбираю новый мобильник. Взгляд тянется к классическому черному, но Лерке больше подойдёт бессмысленно розовый. На нем и останавливаюсь. Консультант чуть ли не растекается от восторга, когда запрашиваю комплектацию со всеми наворотами и ворох какой-то требухи типа дополнительных чехлов, стекол, наушников и прочего.
Пусть играется… А заодно на связи всегда будет, чтобы как сегодня не сидеть у порога и не ждать ее.
Я успеваю купить телефон и вернуться с пакетом в машину, а Вознесенская все разговаривает с матерью. При моем появлении обреченно поднимает взгляд к потолку и качает головой: мол, а что я могу сделать.
Я бросаю пакет ей на колени, выезжаю с парковки и еду в обратном направлении.
Хотел по проторенной тропинке — сначала в ресторан, потом в «номера», но глядя на ее плотно сжатые колени, понимаю, что не так уж и голоден. Желание добраться до тела — гораздо сильнее.
Еще минут через пять Лера заканчивает говорить и, не глядя, скидывает пакет на заднее сиденье. Она даже не поняла, что это ей.
— Она мне весь мозг вынесла, — вздыхает обреченно, — где я, что я, как я.
— Волнуется, — флегматично переключаю передачи.
— А смысл? Я уже взрослая.
Не могу сдержать ироничного взгляда.
Взрослая. Как же.
— Что не так? — тут же подбирается она.