Я подозревала, что он остался в буфетной кают-компании из чисто тактических соображений, только потому, что и Муха решил не испытывать судьбу и не принимать участие в шмоне “Эскалибура”. Андрей все еще боялся, что вероломный Муха доложит его швейцарской половине о невинных мужских шалостях в предбаннике душа.
Четвертым элементом кухонной конструкции стал губернатор. Ему, уважаемому областному руководителю, не пристало бегать по трапам вверх-вниз в поисках экипажа, так гнусно его обманувшего. “Ужо я вас, только мне попадитесь”, – было написано на его лице.
Все остальные мужчины разделились на три группы: первую возглавил сам Макс, обещавший навести порядок с главным двигателем (в нее вошел специалист по электронике Борис Иванович). Антону, Арсену Лаккаю и Альберту Бенедиктовичу достались корма, перерабатывающие цеха и часть матросской палубы. Филипп и Витя Мещеряков отправились на прочесывание носа и спасательных шлюпок.
Мы с Карпиком, всеми забытые и предоставленные сами себе, решили заняться каютами командного состава.
Это решение пришло спонтанно и чрезвычайно увлекло Карпика, маленькую упрямую буриданову ослицу, которая теперь находилась между двумя охапками возможного развития событий: либо “Лангольеры”, либо “Десять негритят”.
Последний вариант нравился ей куда больше, я это видела.
Его мы и принялись обсуждать, как только вышли из кают-компании, прихватив свечи, в большом количестве лежащие в ящике в буфетной: света все еще не было, а бродить в темных коридорах, рискуя упасть и расквасить себе нос…
– Как ты думаешь, кого уберут первым? – спросила она таким невинным голосом, что я даже вздрогнула.
– С чего ты взяла, что кого-то должны убрать, девочка?
– Ну, не знаю… – Похоже, что выдержки из Максовой книги о пропавших экипажах “летучих голландцев” не произвели на нее никакого впечатления.
– С кого начнем? – спросила я, только для того, чтобы уйти от обсуждения возможного криминального подтекста происшедшего.
– С третьего помощника, – авторитетно заявила Карпик.
– Почему – с третьего? Почему не с капитана?
– Ты же помнишь, что сказал Макс? Все документы находятся у третьего помощника.
В логике ей не откажешь, приходится признать: еще никогда за все время нашего путешествия я не видела Карлика такой счастливой, она даже похорошела. Чувство неизвестной, но вполне ощутимой опасности, скрывающейся где-то в чреве корабля, расширило ее глаза и заставило блестеть волосы.