Вот прогуливался по корме и думал о том, что хорошо бы остаться здесь навсегда, бросить к чертовой матери и Москву, и работу, поступить матросом на какой-нибудь сейнер или траулер. И ловить селедку иваси. Отличная перспектива, вы не находите?
Я находила, что мои собственные перспективы, если только Сокольников и есть тот таинственный незнакомец, выглядят не лучшим образом. И только волевым усилием заставила себя не сорваться с места и не побежать.
– Я хочу с вами поговорить, Ева. – Сокольников снял с себя плащ и набросил мне на плечи.
Неизвестно, к чему это относилось – к разговору или к плащу, изящно наброшенному на мои плечи, на всякий случай я утвердительно кивнула головой:
– Нет, не возражаю. Слушаю вас, Валерий Адамович.
– Вы запомнили мое имя, Ева. Очень приятно.
– Оно не такое уж сложное. Так о чем вы хотели со мной поговорить?
– Видите ли… Это касается моей дочери… Вы ведь с ней уже успели, – он щелкнул пальцами, подбирая подходящее слово, – успели подружиться.
– Ну, не знаю.
– Наверное, “своеобразная” – не совсем точное слово. Она удивительный маленький человечек… Знаете, я даже немного ее побаиваюсь.
– То, что она не по годам развита, видно невооруженным глазом, – польстила я банкиру.
– Я очень люблю ее… Карпик – единственное, что осталось у меня от ее матери. Я так и не женился после смерти Инги, хотя прошло десять лет… Вы заметили, что Карпик хромает? Последствия родовой травмы… Я заплатил бы любые деньги, но… Ничего уже нельзя сделать.
– Это совсем ее не портит, – дипломатично сказала я.
– Это слова мудрой взрослой женщины. Именно такой женщины Ларочке и не хватает. Старшего друга. Вы понимаете?
– Пока нет, – снова солгала я. Я отлично понимала, куда клонит банкир.
– Я хотел бы . Раз уж вы ей понравились… А вы действительно ей понравились… Я хотел бы, чтобы вы взяли шефство над моей дочерью. Это звучит смешно, да?
– Почему же?
– Просто уделяйте ей внимание, насколько это возможно. Вам не будет это в тягость, Карпик очень ласковая, очень мудрая девочка, нужно просто быть с ней естественной… Ей всегда не хватало общения.
"– А почему вы сами… вы сами не займетесь дочерью, я поняла, что вы бываете вместе не так часто. Чем не повод попытаться навести мосты? Тем более, она так вас любит.