Все, кто достаточно часто общался с Викторией (и в первую очередь мать) давно составили о ней полное представление. Да, порой она бывала непоседливой и упрямой, даже дерзкой (однажды в сердцах запустила в гувернантку ножницами), непослушной. Но общее впечатление было такое: в общем, тихоня, скромница, порой застенчивая, но особой силы воли, твердости характера не проявляла, и не походило, что она вполне осознает свое будущее положение в государстве, ничуть не интересуясь государственными делами.
Вслух об этом, конечно, не говорилось, но молчаливо подразумевалось, что Виктория будет не более чем марионеткой на троне, а государственный штурвал окажется в руках вдовствующей герцогини Кентской, вокруг которой замельтешили придворные льстецы, спеша выказать почтение королеве Англии, пусть некоронованной.
Как они все жестоко ошибались! Повторилась история Екатерины Второй, в которой слишком долго видели не более чем недалекую простушку, а когда спохватились, было уже поздно… Так что кое-кому пришлось даже расстаться с жизнью."
"Правда, в отличие от Екатерины, Виктория никого не казнила, а мужа до скончания его дней любила беззаветно (что в династических браках редкость).
«Бескорыстных помощников» и добрых советников Виктория довольно мягко, но решительно и недвусмысленно отшила – простите уж за сей вульгаризм, но, по-моему, это самое удачное слово для того, что произошло. С матушкой обошлась еще круче – когда та попыталась давать какие-то советы, Виктория ее обрезала крайне резко, так что меж матерью и дочерью на долгие годы воцарилось отчуждение.