Писали и о том, что девушки Викторианской эпохи были прямо-таки дремуче невежественны в вопросах секса, и оттого иногда возникали коллизии, подобные двум нижеприведенным случаям. В одном, когда молодожен в брачную ночь решил, ясен пень, осуществить супружеские обязанности и уже предпринял к этому первые шаги, новобрачная истошными криками принялась звать на помощь: «Помогите! Этот господин сошел с ума!» В другом криков о помощи не было, все вроде бы обошлось, однако новобрачная через несколько дней после свадьбы, краснея, шепнула матери: «Мама, между мной и моим мужем ночами происходят такие странные и удивительные вещи, что ты и представить себе не можешь».
Что тут скажешь? Вообще-то дыма без огня не бывает. Агата Кристи о слове «ноги»: «Совершенно не понимаю, почему ноги рассматривались как нечто до такой степени предосудительное… Даже само слово считалось слишком смелым. Стоило в присутствии няни употребить его, как тотчас произносилась одна из сакраментальных фраз:
– Запомните, у испанской королевы нет ног.
– А что же у нее есть, няня?
– Конечности, дорогая. Вы должны называть их так: руки и ноги – это «конечности».
Словом, что-то такое было. Гораздо важнее другое: уже в наши дни современные английские авторы установили: рассказы о бумажных юбочках и двух невиннейших новобрачных – не более чем побасенки, сочиненные каким-то прытким американским журналистом, ненадолго заехавшим в Англию и возжелавшим удивить читателя описанием «экзотических английских нравов».
Агата Кристи называет флирт и даже «предварительную» помолвку, так называемое «согласие», «популярной викторианской игрой». Она, правда, пишет: «Интимная близость была большой редкостью, потому что молодые люди обычно придерживались очень высокого мнения о девушках, и если бы разразился скандал, то в глазах общества погибли бы оба». Однако это еще не означает, что девушки были так уж дремучи в вопросах секса.
А в общем, случалось всякое.