Копья и пулеметы

Чего, по моему глубокому убеждению, никак нельзя сказать о подробно описанном Диккенсом выступлении обоих кандидатов перед избирателями…"

"«Речи обоих кандидатов, хотя и отличались одна от другой во всех прочих отношениях, воздавали увесистую дань заслугам и высоким достоинствам итенсуиллских избирателей. Каждый выражал убеждение, что более независимых, более просвещенных, более горячих в делах общественных, более благородно мыслящих, более неподкупных людей, чем те, кто обещал за него голосовать, еще не видел мир; каждый туманно высказывал свои подозрения, что избиратели, действующие в противоположных ему интересах, обладают скотскими слабостями и одурманенной головой, лишающей их возможности выполнить важнейшие обязанности, на них возложенные (т.

 е. обязанность проголосовать «правильно». – А.Б.). Физкин выразил готовность делать все, что от него потребуют; Сламки – твердое намерение не делать ничего, о чем бы его ни просили. Оба говорили о том, что торговля, промышленность, коммерция, процветание Итенсуилла ближе их сердцам, чем что бы то ни было на свете; и каждый располагал возможностью утверждать с полной уверенностью, что именно он – тот, кто подлежит избранию».

Вам это ничего из окружающей нас действительности не напоминает? Нет, в самом деле, ничего?

В начале 1820-х гг. экономическое положение Англии стало заметно поправляться. Кризис прошлых лет был вызван тем, что из-за тянувшихся добрых полтора десятка лет войн с Наполеоном чуть ли не полностью прекратилась торговля Англии с континентом, естественно, произошел резкий спад производства, и как следствие – массовые увольнения, повышение безработицы, рост цен.

Теперь, когда Наполеона законопатили на далекий остров Святой Елены, откуда ему уже не суждено было вернуться живым, положение изменилось. Возобновилась торговля в широких масштабах, а значит, – рост производства, появление множества новых рабочих мест, некоторое снижение цен. Простой народ жить припеваючи не стал (а когда это он жил припеваючи?), но жизненный уровень приподнялся. Это привело к тому, что массовые выступления в поддержку избирательной реформы как-то сами собой понемногу сошли на нет – к тихой радости властей.

Оказалось, рано радовались. Тишь, гладь да Божья благодать не продержались и десяти лет. В начале 1830-х Англию, нехорошо улыбаясь, посетил с недружественным визитом очередной экономический кризис, и наша старая знакомая Старушка Экономика, жалобно пискнув, укрылась подальше за кулисами.