В таком случае, может быть, он просто пригласит ее в свою спальню? Так ли свободно он чувствовал себя в своем доме, что не испытывал никакого смущения и не пытался скрыть истинную цель их приезда?
Чувство дискомфорта прочно поселилось в ней. На один из многих вопросов, не дававших ей покоя, нашелся бы ответ, если бы Джеймс проводил ее к двери ее спальни и остановился перед ней.
— Моя спальня как раз напротив.
Его голос, тихий и завораживающий, был предназначен только для ее ушей.
— Да? — спросила она игривым тоном.
— Да, — ответил он, не в состоянии сдержать улыбку.
Роуз приподняла бровь.
— Что ж, очень приятно…
Его ресницы опустились, прикрыв глаза. Румянец залил щеки. Взяв ее руку, он поднес ее к губам.
— А сейчас мы расстанемся… — Джеймс подошел так близко, что его горячее дыхание касалось ее уха. — Но, надеюсь, ненадолго.
От низкого рокота его голоса ее тело сделалось мягким и податливым, а колени ослабли. Дрожь нетерпения охватила ее. Ее рука скользнула по его руке, когда он повернулся.
Дверь в его спальню со стуком закрылась. Эхо прокатилось по коридору, приводя ее в чувство.
Чуть покачав головой, Роуз прошла в свою комнату. При свете камина зажгла свечи на комоде. Когда она проследовала в туалетную комнату, ее руки потянулись к лифу платья и замерли на зеленом шелке. Это было не ее собственное платье, а одно из тех, что купил для нее Джеймс. Оно застегивалось на спине.
Роуз попыталась расстегнуть платье, но после нескольких попыток сдалась. Ее взгляд остановился на двери спальни.
Но тут резкий стук в дверь остановил ее.
Джеймс? Нет. Он ведь хотел, чтобы она пришла к нему. Хотел ли?..
Она открыла дверь, на пороге стояла миссис Уэбб.
— Прошу прощения, мисс Роуз, но мне следовало спросить еще до ужина, не нужны ли вам услуги горничной?
— Спасибо. Только пуговицы на моем платье. С остальным я справлюсь сама.
Потребовалась всего минута, чтобы миссис Уэбб решила эту задачу. Уходя, она сказала Роуз, что если ей понадобится что-то почистить или погладить, она сделает это завтра.
"Не раздумывая, Роуз приступила к обычному ритуалу — надела комнатные туфли, корсет, белье и чулки, вынула шпильки из волос, чуть-чуть надушилась и накинула легкий халат. Шелк приятно холодил кожу, подол щекотал голые лодыжки. Роуз затянула пояс на талии и проверила глубокий вырез, открывавший ложбинку роскошного бюста.
Быстро взглянув на себя в зеркало, поняла, что готова.