И, по правде говоря, принеся эту жертву, она бы даже не ощутила особой вины. Джанелль всегда была-таким сложным ребенком, такой…
— Вильгельмина — вовсе не козырь в игре, — снова повторила она.
Сэйтан тихо фыркнул.
— Как вам будет угодно.
Это небрежное разрешение, словно вопрос тем самым утратил значимость, обеспокоило ее.
— Что случилось с Освальдом? Его раны перевязали?
В золотистых глазах Сэйтана мелькнуло странное чувство, названия которому Александра не сумела подобрать.
— Он был казнен. Как и трое мужчин, ожидавших его.
Александра потрясенно уставилась на Повелителя:
— Какое право вы имели…
— Он пытался похитить одного члена Темного Двора и убил другого. Вы что, на самом деле думали, что мы будем сидеть сложив руки и покорно проглотим это?!
— Он не собирался ее похищать! — закричала Александра. — Он помогал ей покинуть это место! А то животное набросилось на него! Освальд был вынужден защищаться!
— Он уводил женщину с собой против ее воли. Это похищение.
— Он всего лишь выполнял пожелания ее семьи.
— Вильгельмина — взрослая женщина! — вызверился Сэйтан. — У вас нет никакого права принимать решения вместо нее.
— Она ментально нестабильна и не обладает способностью реша…
— Значит, вот как вы поступаете с тем, кто с вами не согласен?! — взревел Сэйтан. — Вы объявляете, что они недееспособны, а потом с полным правом запираете их на замок в месте, где будут обеспечены зверства и пытки?!
— Как вы смеете?!
— Учитывая то, что я знаю о Брайарвуде, я смею очень и очень многое.
Золотистые глаза Повелителя наполнились страшной ненавистью, которую более не считал нужным скрывать, и из легких Королевы словно вышибли воздух.
Сделав над собой неимоверное усилие, Александра выпрямилась и посмотрела ему в глаза:
— Я — Королева…
— Ты — наивная, высокомерная сучка, — ответил Сэйтан. Его голос перетек из рычания в хищное, певучее мурлыканье, превратившее слова в жестокую ласку. — Проживи долгую жизнь, Александра. Проживи очень, очень долгую жизнь и выжги остатки своего существа в ее конце, чтобы сразу вернуться во Тьму.
Она не сразу поняла, что именно Сэйтан хочет этим сказать. С ней говорил Повелитель Ада.
— Роберт Бенедикт, на свою беду, не позаботился об этом и прошел трансформацию, — продолжал мурлыкать Верховный Жрец Песочных Часов. — Он уплатил свой долг мне сполна за то, что сделали с дочерью моей души.
— Я ничего вам не должна.