— Ты подсовывала мягкие яды во многие блюда этой зимой, верно?
— Да.
Составы, которые ослабили ее тело, но не заставили почувствовать серьезного недомогания и заподозрить неладное, несмотря на то что Карла была предупреждена о собственной смерти видениями в спутанной паутине, которую она сама сплела прошлой осенью. О, она была очень осторожна. Карла слишком многое знала о ядах, чтобы пренебрегать этими знаниями. И тот факт, что она не сумела распознать их, означал, что растения, использованные при их приготовлении, в Иннее не росли.
Карла с трудом поднялась на ноги. На мгновение они словно наполнились вихрем огненных игл, а в следующий миг онемели. Она затопила тело силой своего Серого Камня, принимая боль, которую причинила самой себе, призвав силу во время лунных дней, чтобы справиться с ядом.
Когда первая волна пронзительной судороги прокатилась по телу, она ощутила, как ожил Эбеновый щит, встроенный Джанелль в кольцо.
— Почему? — спросила Карла.
Как же она могла так ошибиться в этой суке? Что она упустила?
Улька надулась:
— Я думала, что стану важной дамой при твоем дворе. Я должна была занять место в твоем Первом Кругу, а не в Третьем.
— Ведьма, способная отравить свою Королеву, не достойна чести служить в Первом Круге, — сухо произнесла Карла. — Это вопрос преданности.
— Я и была преданна! — рявкнула та. — Но ничего не добилась, сохраняя преданность тебе! И тогда мне предложили кое-что получше.
— Ты станешь всего-навсего чьей-нибудь шлюхой, — бросила Карла.
Лицо Ульки исказилось от ненависти, став безобразным.
— А ты сдохнешь! И не думай, будто они не завершат начатое. Они захотят убедиться, что избавились от тебя окончательно!
Кольцо, которое сделала Джанелль, больно кольнуло палец предупреждением, а затем в ее сознании раздался предупреждающий крик Мортона: «КАРЛА!»
«Мортон? Мортон!»
Ничего.
Карла ощутила резкий всплеск холода, который напоил ее тело мощью, дал новые силы.
— Ты убила Мортона, — с опасной мягкостью произнесла Королева.
— Я этого не делала, — ответила та. — Но сейчас он уже мертв.
Эйрианский боевой посох, оснащенный лезвиями, который ей подарил Люцивар, в мгновение ока оказался в руках Карлы, со свистом разрезая воздух.