Никто из них не носил Камни темнее Зеленого, поэтому его Сапфир немного уравняет шансы, однако по численности противник значительно превосходит количество его собственных воинов. Каждый мужчина, разумеется, отправится в бой, но это не спасет их женщин и детей.
— В общее гнездо! — заорал Халлевар, подгоняя женщин и детей в его направлении. — Шевелитесь! Шевелитесь!!!
Разумный ход, с одобрением подумал Фалонар, выпустив следующую стрелу. Это строение было достаточно большим, чтобы вместить их всех и предоставить его воинам одно общее поле битвы вместо многочисленных, разбросанных по всей деревне.
Его щит отразил еще дюжину стрел. Поднявшись до грани, за которой убийство совершается без размышлений, Фалонар с восторгом приветствовал ледяной гнев и бросился в бой с разумом, свободным от каких-либо эмоций. Его стрелы всегда попадали в цель.
Кто-то закричал. Оглянувшись, он увидел Нуриан, сражавшуюся с эйрианским Предводителем. Фалонар обернулся было, однако в этот миг другой воин бросился на него с боевым посохом.
В недра Ада воинскую честь! Это война. Когда противник вновь набросился на него, он встретил сильный удар подлым приемом, которому не так давно научился у своего Верховного Князя, и с яростью разрубил врага на две неравные части.
Оборачиваясь и с горечью ожидая, что уже слишком поздно пытаться спасти Целительницу, он услышал крик Джиллиан:
— Ложись, Нуриан!"
"Этот вопль превратил Целительницу из перепуганной женщины в воина, проходившего суровое обучение.
Джиллиан сноровисто вложила вторую стрелу и прицелилась, пока Нуриан с трудом поднималась на ноги. Наконец Целительница, сгорбившись, помчалась прочь, пытаясь оставаться ниже линии обстрела.
Фалонар поспешно поставил Сапфировый щит перед Джиллиан — как раз вовремя, чтобы остановить стрелы, летевшие прямо в нее.
— Отступить! — рявкнул он. От бешенства у него чуть пена изо рта не пошла, когда девчонка спокойно послала следующую стрелу в полет.