Он будет верить в это, настаивать на этом до тех пор, пока не узнает правду. — Сделай мне одолжение, Сюрреаль, уточни у Кхардеена или Аарона, отправимся ли мы в путь на Экипажах по Ветрам, а затем свяжись с Мэнни, чтобы она и Джазен подходили сюда.
Сюрреаль не стала спрашивать, почему он не может сделать это сам, и Деймон испытал прилив искренней благодарности.
Наконец последний эйрианец поставил свою подпись на соглашении и отошел от стола. Люцивар, не пошевелившийся и не сказавший ни слова с того мгновения, как лорд Мегстром начал заполнять контракты, призвал чистую материю, стер кровь со своего меча, заставил оба предмета исчезнуть, а затем обошел стол, чтобы, в свою очередь, подписать кипу бумаг.
Прижав к груди кровоточащую руку, Фриант вытер нос чистым рукавом и кисло сообщил:
— Вы должны еще сделать копии. Он не сможет забрать контракты до тех пор, пока не будут сняты копии.
Поблизости кто-то тихо выругался.
Одарив лорда Фрианта свирепым взглядом, Мегстром поспешно произнес:
— Я отдам Князю Яслане пустые бланки.
Призвав тонкую кожаную папку, Люцивар засунул в нее контракты, а затем заставил бумаги исчезнуть.
— Идем.
Деймон плавным движением повернулся, когда брат поравнялся с ним, и дальше они шли нога в ногу.
Они и раньше ходили так, бок о бок. Нечасто, правда, поскольку люди Крови в Террилле, боявшиеся их и по отдельности, завидев братьев вместе, испытывали непреодолимый ужас. Даже Кольца Повиновения не могли остановить разрушения и смерти, учиняемые при тамошних дворах.
Когда они направились к Экипажам, созданным специально для путешествий по Ветрам, Деймон невольно задался вопросом, сколько еще они будут откладывать тот незаконченный разговор.
К тому времени, как они добрались до двух больших Экипажей, укрытых Эбеново-серыми щитами, на дальнем конце площади, где располагались гостевые паутины, Люцивар опустил щиты, открыл дверь первого Экипажа, взглянул на Деймона и отрывисто велел:
— Садись.