Ведь на самом деле эта жизнь не казалась ей ужасно противной, как естественно было бы ожидать. Фридрих Вильгельм временами так буйствовал, что она боялась, не сошел ли он с ума. Сын и дочь в ужасе избегали встреч с ним. Она тоже… Но в некотором смысле это было захватывающе интересно. Так, ребенком она просила рассказывать ей страшные сказки, хотя знала, что ночью будут сниться кошмары. О да, жизнь с Фридрихом Вильгельмом не была скучной ни для нее, ни для детей! Дети привыкли к его бешеной ярости и к наказаниям, которые он учинял им, получая от этого наслаждение.
Но Фридрих Вильгельм никогда не пытался бить жену, хотя один раз занес было руку. Он ограничивался тем, что проклинал ее, обзывал и плевал в тарелку, особенно если в ней было любимое блюдо Софии Доротеи.
Но и она не уступала ему. София Доротея называла мужа жестоким, сумасшедшим, говорила, что его надо посадить в клетку. Он в ответ смеялся, а затем обычно наступало примирение. Но могло и не наступить. Никто бы не взялся предсказать, как поступит Фридрих Вильгельм в следующую секунду. В этом-то и состояла радость жизни с ним.
Какую скучную жизнь, должно быть, вели Георг Август и Каролина! И ее мать… Бедная мать, которой она иногда писала и которую пыталась высвободить из тюрьмы… Как несчастна ее мать!
Странно, но София Доротея ни о чем не жалела и не поменяла бы свою жизнь, даже если бы могла.
«Таким путем, – говорила она себе, – мы сохраним в семье две короны».
А ее враги пытаются распространить про Вильгельмину ложные слухи.
– Ваше Величество несомненно желает увидеть свою внучку, – сказала она отцу. – И она тоже с нетерпением ждет такой чести.
Вильгельмина сделала шаг вперед и склонилась перед королем.
Он увидел высокую девушку, на вид крепкую. Но… кто определит, больна она или нет?
Не улыбаясь, он молча разглядывал ее.