— Как, черт возьми?
— Дэш? — Рёк замер.
— Нет."
"— Да, и я могу так всю ночь! — Она рассмеялась, и он почувствовал вибрацию вокруг члена. Потому что он был внутри своей пары, и она счастлива. Внутри него смешались покой и желание.
— Клянусь всеми богами, ты странная маленькая ведьма. — Но пульсация в его члене немного ослабла.
— Скоро ты будешь удовлетворён. — Она бросила на него взгляд из-под тяжёлых век. — Можешь продолжать.
— О, можно?
— Двигай бёдрами, снова заводись. Если бы я была таким же стратегом, как ты, я бы укусила пару, когда она кончит во второй раз.
— Твои слова… жестоки. — Потирая её клитор большим пальцем, он толкнулся в неё ещё сильнее, чем прежде, и у неё закатились глаза, а все мысли о шутках улетучились. Ещё один толчок. Ещё один. Давая ей то, чего она требовала, он изо всех сил старался удержаться. Когда её бёдра снова сжались — его женщина дала ему знать, — он прохрипел: — Моя, Поппи. Вся моя, навсегда.
— Сделай это! Поставь мне метку, демон!
— Чё-ё-ё-ё-ёрт. — Продолжая ласкать её тело, он наклонился, чтобы поцеловать в шею, подготавливая к метке
Она схватила его за рога, чтобы направить!
— Сейчас!
— Поппи! — Он вонзил клыки в её плоть, и по нему прокатилась волна шока.
— Ух! Она кончила. Он зарычал ей в шею, когда она сжала его рога, а влагалище запульсировало вокруг члена. Невыносимое удовольствие охватило Рёка. Он чувствовал, что парит, становясь единым целым с дымом внутри себя, зависнув в пространстве между огнём и воздухом. Всю жизнь он был дымом, ищущим огонь, — туманным и оторванным от реальности.
Когда это давление сменилось струями семени, она заклеймила его, соединив с собой, осветив его путь… навсегда.
***Демон лежал на ней, и его сердце билось в унисон с её сердцем. Магия Поппи и его дым смешивались в тишине бального зала. Греясь в его тепле, она прошептала:
— Ты.
«Я люблю тебя. Ты мне нужен».
Рёк принадлежал ей. Может быть, она пришла в это место не только для того, чтобы снять проклятие, но и чтобы найти его. Он кивнул и прохрипел:
— Ах, Рыжик ты.
Глава 18
Несколько часов спустя они лежали на покрывале, расстеленном на полу, обессиленные.