Послушай, Рёк, я влюблена в этот замок. Я не могу без него жить.
Она говорила, что любит его. Он мог бы подыграть.
— Моё сердце на сто процентов предано плану по твоему спасению, Рыжик. Я буду предан ему до конца своих дней. — Она поняла его, и выражение лица смягчилось. Затем стало суровым. — Остаться здесь — наш единственный вариант. В худшем случае мы застрянем здесь на два десятилетия, что для бессмертного — мгновение. В лучшем случае мои сёстры придумают, как открыть это место.
— А если не смогут? Что, если они придут в следующий Хэллоуин? Их может встретить тот же отряд, если не больше.
— Я достаточно взрослая и справлюсь.
— Лучше я буду нежитью, чем увижу, как ты так страдаешь. — Это больше не его самый страшный страх. Он вспомнил, как был озадачен тем, что Кейд мог предпочесть Холли судьбе целого королевства. Теперь Рёк понял. «Я бы пожертвовал чем угодно ради Поппи. Своей жизнью? Конечно».
— Но ты оставишь меня смотреть, как ты превращаешься?
— Другого пути нет.
Её глаза сверкнули.
— Помнишь, как мы содрогались при мысли о судьбе семьи колдуна? Ты присоединишься к ним?
— Используй свои колдовские способности, чтобы найти лекарство. Приготовь что-нибудь для меня.
— Ни одной ведьме не удалось сформулировать контрмеру против упырей, а многие пытались!
— Да, но ты Поппи. Найди какое-нибудь классное растение и заставь его работать на нас. — Она схватила его за руки.
— У нас нет времени спорить, поэтому я скажу просто: клянусь Ллором, что мы с тобой так или иначе выберемся отсюда, как только откроется эта дверь.
Непреложная клятва.
— Нет.
— Да, и так будет вечно, ведьма. — Её нижняя губа задрожала, а глаза наполнились слезами и светились чувством, что убивало его.