Через несколько минут до нее донесся рев, звук ударов. Щит Марта затрещал так, будто его сдавили невиданной силой — и Вики плеснула туда своей силы, чуть ли не двадцать процентов вновь обретенного резерва. Он устоял — но грохот снаружи стоял такой, что у нее заложило уши, а стекла тряслись и трескались, впуская ураганный ветер внутрь.
Она, прижимая к груди алмаз-накопитель, выглянула в окно, и увидела два чудовищно огромных силуэта, которые в утренней лаунвайтской дымке двигались в сторону моря в завораживающем, скоростном, сокрушительном бою-танце.
— Наш отец вступил в бой, — прошелестела Инри.
Вики села обратно в кресло, лихорадочно соображая, что делать дальше. Алмаз холодил руку, вновь напитывая силой. Придется самой уходить в лагерь? Ибо там, снаружи, такое стихийное безумие, что найти Дармоншира в этом хаосе невозможно.
И в этот момент разбилось высокое окно королевского кабинета, и внутрь влетел, неуклюже приземлившись животом на стол всклокоченный, бледный Дармоншир. С грохотом полетел на пол телефон, королевская печать, бумаги, которые тут же подхватил ветер. Следом за герцогом в окно забирались голые красноволосые драконы. Гостей было около десятка — Вики никак не могла их сосчитать.
Ветер носил бумаги по кабинету, дребезжал стеклами в книжных шкафах, и Виктория махнула рукой, запечатывая окно щитом.
— Осссс, детиссс отцассс нашшшегоссс, — озвучила очевидное Инри."
"— Герцог? Как вы смогли провести своих спутников сюда? — от изумления Вики спросила первое, что пришло в голову. — Защитный купол не пропускает чужаков. Да и как вы пролетели мимо богов?
— Еле-еле.
Змеицы тут же сделали вид, что очень заняты — они подползали к драконам, заглядывали к ним в глаза, кусали их, бледнея все сильнее. Дети ветра и воды склоняли головы с высочайшим почтением и благодарили так, будто змеи были их любимыми бабушками.