И не краснела так.
— Матвей Алексеевич, Дмитрий Лаврентьевич, — мягко сказала Василина оставшимся стоять перед подиумом парням, — за вашу смелость вам дается право выбрать после окончания Университета любую военную часть для прохождения службы, если вы решите связать свою жизнь с армией. Буду рада приветствовать вас в Королевском Гвардейском Корпусе.
Студенты дружно и почти изящно поклонились и заспешили к своим местам. Лица у них были задумчивые.
— Барон Мартин фон Съедентент. Награду вручает Ее Величество Василина-Иоанна!"
"Марина легко улыбнулась блакорийцу из-за спины королевы и чуть расслабилась.
— Лорд Александр Данилович Свидерский!
— Леди Виктория Лыськова!
— Виконт Лукас Бенедикт Кембритч!
Снова короткий выстрел голубых глаз, и Люк встал, прошел по гулкому мрамору к ожидающей его королеве. Поймал хмурый взгляд Байдека. И опустился на колени, слыша за спиной потрясенные вздохи.
— Ваше Величество, — сказал он хрипло, чувствуя себя совершенно по-дурацки, — я недостоин этой награды.
Василина спокойно и холодно смотрела на него.
— И я прошу принять от меня подарок в знак моей преданности вашей семье, — продолжил виконт, так и не дождавшись ответа.
Прошло несколько звенящих мгновений — он вдруг остро ощутил недоумение людей, сухое раздражение Тандаджи, непонятное сочувствие от проклятого блакорийца и волну злости оттуда, где сидела Марина, когда лицо королевы смягчилось.
— Я не сержусь на вас, виконт, — сказала она мягко, — встаньте.
— Так вы позволите? — спросил Люк, и королева кивнула.
Кембритч обернулся, и ожидающий его знака гвардеец открыл дверь, что-то сказал в коридор. Вошли слуги, держа в руках большие сумки-переноски, сидящие начали оглядываться, и Ее Величество смотрела с недоумением. А вот Байдек — с интересом.
Сумки поставили у ног Люка, и виконт открыл одну из них. И достал здоровенного, пушистого белого щенка, толстолапого и пузатого.
Щенок спал, расслабленно растопырив лапы и морда его с опущенными длинными и мягкими ушами, напоминала игрушечную. Только игрушечка была уже размером с трехлетнего ребенка.
— Это горная блакорийская собака, — пояснил Люк глядящей на него с недоверием и какой-то веселостью королеве, — самый верный охранник и друг. Для ваших сыновей, Ваше Величество, их двое.