Она тонкой нитью начиналась от огромного предгорного озера и, пройдя через половину страны, набирала силу, расширялась, разливалась у Тафии и затем снова собиралась в узкое русло. И через много километров впадала в море.
У озера была сделана маленькая надпись на йеллоувиньском, и она полезла в словарь. И, переведя, долго соображала, значит это что-то для нее или нет. Потому что там было написано «ключ великой неру море белое».
Три из десяти городов Песков стояли на реке Неру, но Светлана была уверена, что Тафия — это ее город.
Задачка, заданная ей Синей Богиней, никак не решалась — но Света была упорной и со студенчества уяснила главный постулат гуманитария: хочешь решить проблему — изучи ее. Вот и изучала, как могла, надеясь, что ответ забрезжит в голове. Но пока ничего лучше, чем дождаться Чета и отдать Ключ ему в голову не приходило. С другой стороны, если бы Богиня хотела сделать его Владыкой, она бы, наверное, отдала символ власти ему? Или нет?
Так ни до чего не додумавшись, Светлана легла спать.
И, конечно, проснулась в том городе, карты которого изучала перед сном. Он был все так же тих и пустынен, засыпан песком и залит лунным светом. Света, поглядывая по сторонам, прошла к воротам города, выглянула наружу, спугнув парочку верещащих ящериц. Впереди едва заметной выемкой в барханах шло русло реки, и она стала вспоминать карты — где там исток? Кажется, справа.
Делать все равно было нечего, куда приложить Ключ в городе она не нашла, так почему бы не проверить фантастическую идею о том, что замок для Ключа находится где-то у истока реки, на дне большого озера? Не зря же такая надпись сделана.
Она уже шагала по теплому песку русла и хихикала, представляя себе гигантский кран, наполняющий пустыню.
Шла, пока не сообразила (все-таки беременность влияет на мыслительный процесс), что до озера несколько сотен километров, и идти она туда будет ну очень долго.