И даже позволяли катать по трассе. Ради этого он готов был часами подавать инструмент и слушать подтрунивания механиков. Потому что во время заездов сливался с узким болидом, чувствовал скорость и взрыв адреналина всем телом, и с удовольствием принимал удивленные похвалы видавших виды работников.
Там же, в боксе команды «Бронз», за стойкой с шинами, на потертом, пропахшем маслом диванчике, он потерял девственность в свои шестнадцать лет, оказавшись предметом внезапного интереса одной из пышногрудых болельщиц.
С того времени он не отказывал себе в женском обществе. И не было до сих пор такого, чтобы одна затмевала всех остальных.
После окончания училища герцог Кристофер Дармоншир вызвал вытянувшегося, окрепшего внука к себе. И потребовал поступать в Лаунвайтский государственный университет, на управление предприятиями и хозяйствами — наследнику это было необходимо."
"Но тут Люк уперся и выдвинул встречное условие. Дед делает ему протекцию в команду «Бронз», оплачивает обучение, тренировки и вкладывается в болид. А он идет туда, куда ему укажут, но на заочное.
Старый герцог хмыкнул, постучал пальцами по столу, позвонил владельцу «Бронз» и выписал чек.
Три года тренировок и участия в юниорских чемпионатах — и Лукас Кембритч вышел на свой первый взрослый заезд. Он стал сенсацией мира трасфлая, придя первым, потеснив в упорной борьбе тогдашнего чемпиона. Такого не бывало никогда — чтобы новичок сразу стартовал с победы. Газеты пестрели заголовками о молодом даровании, у него брали интервью, снимали репортажи — а он успевал учиться и выигрывал один кубок за другим.
Дед с гордостью представил внука высшему свету, и именно наследник Дармоншира ввел моду среди аристократов на посещение гонок.