— Это ваша хозяйка, — пророкотал он, — запомните и другим передайте.
Псы один за другим ткнулись ей в ладонь холодными носами — будто она сжала в кулаке кубик льда, лениво несколько раз махнули хвостами.
— Они не любят громких звуков, — пояснил дракон, — а при ярком свете их просто не видно. Если захочешь кого-то привести, сначала зайди сама, — он снова потрепал псов по холкам, и те охотно подставлялись под его ладони, будто были самыми настоящими, из плоти и крови.
— Как их называют? — спросила принцесса, успокоенная тем, что на нее не обращают внимания, выпрашивая ласку у хозяина.
— Тер-сели, это духи воды, — Нории улыбался, глядя на начавших резвиться собак, — они любят людей, потому что с людьми им тепло. Принимают облик домашних животных. Молоко любят, и млеют от вязаных шерстяных вещей, поэтому женщины вяжут для новых домов ковры из шерсти овец. Они стали возвращаться в Истаил вместе с народом Песков. Могут принимать вид совершенно обычных собак, из плоти и крови, просто сейчас ленятся. Лентяи, — рассмеялся он добродушно, и один из псов прыгнул ему на грудь, лизнул его в лицо с совершенно счастливым видом.
— Им скучно тут, наверное? — Ангелина совсем перестала бояться этих странных игривых охранников.
— Они меняются, — Нории отмахнулся от тыкающегося ему в бедро пса, — ты не смотри, что они разыгрались. Воры отсюда живыми не уйдут.
— Надо думать, — пробормотала принцесса, успевшая оценить зубастые пасти тер-сели.
— Ну все, хватит, хватит, — псы поскуливали, виляли хвостами, и дракон еще раз почесал их, потрепал по спинам, — у нас дела.
Собачища послушно растаяли в тусклом свете единственного светильника, а Нории вернулся ко входу, закрыл тяжелую дверь, и тут же по периметру зала стали вспыхивать золотистые круглые шары.
— Свет работает только если внутри кто-то есть, и если дверь закрыта, — пояснил он. Но Ангелина его не слушала. Она осматривала сокровищницу.
Зал был большой, без окон, но с обязательными арками в стенах, мозаиками и колоннами.
Ани с недоверием подошла, осмотрела одну из монет. Вот это да. Когда драгоценного металла столько, он начинает восприниматься, как песок. Но нет, чистейшее золото, тяжелое, весомое — ей ли не знать, как ощущаются в руке настоящие драгоценности.